Шрифт:
– А почему же ты тогда, Овечкина, льва на флаге не вышила? Мне из-за твоей самодеятельности болгарская сторона ноту протеста прислала!
Катя покраснела и опустила голову и тихо себе под нос сказала:
– Так он с этим... хозяйством...
– Каким ещё хозяйством?
– Ну тем, что ниже пояса.
Директор несколько секунд сверлил её проницательным взглядом, словно все ещё хотел обнаружить в её душе неприязнь к давней российско-болгарской дружбе, а затем вдруг весело расхохотался.
– Неуч! Темнота! Двоечница! Ты памятник Юрию Долгорукому в Москве видела?
– Кто ж его не видел?
– А маршалу Жукову?
– И Жукову видела.
– На ком они восседают?
– Кто ж не знает - на лошадях.
– Каких лошадях, темнота! Ты хоть заглядывала, что у тех лошадей под брюхом?
Тут Катя Овечкина вспомнила, что вовсе не на лошадях, а на конях восседали великие ратники. Потому что там в деталях было вылеплено то, что она видела у болгарского льва.
– Деревня!
– уже гоготал директор. Он в два шага оказался около книжного шкафа, достал с полки толстенный фолиант и стал быстро его перелистывать.
– Вот иди сюда и смотри. Что это?
– По-моему герб.
– Правильно герб. А кто на нем изображен?
– Бык.
– А что у быка между ног?
– Ясно что, - смущаясь ответила Катя.
Директор снова стал быстро перелистывать страницы.
– А это что?
– ткнул он пальцем в герб города Каинска Томской губернии - Тут тебе и лошадь, тут тебе и бык. А, заметь, с каким достоинством этот бык!
– Да, согласилась Катя, - Действительно.
– Дей-стви-тельно-о-о-о.
– передразнил директор, - Пора понять, Овечкина, что, у самцов не хозяйство, как ты выражаешься, а достоинство! И не зря с этим самым достоинством изображают животных на национальных флагах и государственных гербах! Это символ плодородия и здоровья нации! Понятно тебе, наконец!
– Да, - кротко сказала Катя.
– Так вот иди и доделывай свою работу. И чтоб лев на болгарском флаге был с настоящим достоинством. Поняла?
Ах, как тщательно и аккуратно Катя Овечкина вышивала могущественного льва. И с каким достоинством отнеслась к достоинству.
Болгарская делегация осталась довольна.
1998 г.
СУД ИДЕТ!
– Встать, суд идет!
– на литовском языке сказал литовский судья.
Все встали, и Масюлис тоже встал. С презрением посмотрел на решетку, где находился понурый бандит: готовься, мол, сейчас впаяют тебе на всю катушку...
Молодой, но подающий оперативник Валдас Масюлис в тот раз справился с заданием. Прикинувшись блатным, он смог так войти в роль, что преступник грабитель средней руки - выложил Валдасу, где, как, и когда они пристукнули старуху, сняли с её пальца уникальный старинный перстенек, вывернули карманы и опорожнили сумочку. Старуха та, когда обратилась к Валдасу, очень напугана была, заикалась, но, благо, живой осталась.
Впрочем, речь вовсе не о старухе, а об оперативных успехах самого Валдаса, который раскрутил бандита, заставил его похваляться и записал все показания на пленку.
Но это была первая часть "радио-спектакля" под кодовым названием "Вхождение в доверие". Вторая "полная раскрутка" началась потом, когда Масюлис, выключив маленький диктофончик, скрутил ничего не понимающего преступника, надел ему наручники и притащил в отделении полиции. Нужно было выбивать и остальные показания, как говорят оперативники, по свежим следам.
Хотя и молод Масюлис, но не так прост, как кажется. Треснул по столу кулаком и обращается к преступнику, дескать, если, мать твою, не сознаешься, мля, в остальных преступлениях, ишак потный, всю жизнь сидеть тебе на тюремных нарах, мля буду! А какой язык, вы думаете, лучше всего понимает уголовный элемент. Этот самый и понимает. На этом самом жаргоне и сознавался бандюк во всех своих грехах. А Валдису что: на пленку все записал, да на бумаге запротоколировал. Документик в ад оформлен.
А сегодня счастливый Масюлис даже на суд пришел, чтобы своими ушами услышать, на сколько лет упрячут грабителя за решетку.
Дело было по косточкам, по полочкам все разложено. Как в аптеке. Где напал, как ударил, сколько и чего взял. Только вдруг бандюга ни с того ни с сего заявляет: ничего, мол, я не брал. Старуха упала, я её поднял и она в знак благодарности сама перстень отдала, сама предложила в сумочке покопаться. А то, что в бумагах написано, так это оперативник Масюлис, а потом и следователь выдумали. Чего захотели, честно человека за решетку упрятать.
Судья, женщина видная, с высокой копной на голове, к Валдасу обращается:
– Скажите, гражданин Масюлис, не врет ли обвиняемый.
А Валдас встает, улыбаясь, и просит заветную пленочку на магнитофоне прокрутить.
Милая девушка, работница суда, на длинных ногах к аппарату подходит, вставляет вещественное доказательство в кассетник и пальчиком на кнопку нажимает. И раздается диалог двух мужчин. На нормальном русском языке. С изрядной добавкой всем знакомых жаргонизмов и фразеологизмов. Конечно, все вдруг повеселели, у кого-то даже слезы смеха на глазах появились, но делают вид, что русский язык и эти самые жаргонизмы не понимают. Ага, как же - не понимают. А почему вслушиваются, боясь пропустить хоть одно слово. Да и что там понимать?