– - Точно!
– воскликнул Камилл.
– Этот тип влюблен в мадам Морьес. Наверное, они любовники!

– - Хм... а вот это вряд ли. Она любит своего мужа. Это видно по ее взгляду, ты заметил, как влюблено она на него смотрит.

– - Значит, мотив есть у всех!
– сделала вывод Светлана.

– - Я пока не вижу мотива у мадам Морьес. Однако убирать ее из списка подозреваемых рановато.

– - Еще надо исключить Мирабо!
– вмешался Камилл.
– Зачем ему убивать кредитора, ведь он богат! Его состояние огромно!

– - Мой друг, - сказал Робеспьер с улыбкой.
– Если у него огромное состояние, то зачем ему делать долги. Мирабо завоевал свое высокое положение благодаря блеску и богатству. Для таких людей губительно, если кто-то узнает об их денежных трудностях. Поэтому они устраивают грандиозные обеды, балы, разъезжают в шикарных экипажах, окружают себя дорогими женщинами.

– - Но ведь для всего этого нужны деньги!
– воскликнул Демулен.

– - Правильно, и долг - это самое простое решение!

– - Ты просто завидуешь Мирабо! Ведь его все слушают, а тебя никто!

– - Камилл, это твой личный вывод, - спокойно ответил Макс.
– Я понимаю, что ты восхищаешься Мирабо, но пренебрегать фактами нельзя. К тому же я не говорю, что именно он - убийца, я просто зачислил его в ряд подозреваемых по уже названным причинам.

– - Это так, - согласилась Светик.
– Камилл, у тебя чувства всегда опережают разум.

– - Но зачем убивать!?
– не унимался Камилл.

– - Когда карьера под угрозой, многие способны на все. Конечно, он мог занять деньги у кого-нибудь другого, чтобы расплатиться с Морьесом... но если он недавно уже делал несколько займов и уже спустил их...

– - Ложь!
– возмутился Демулен.

– - Делать заем через столь короткий срок, - продолжал Робеспьер, - значит, вызвать подозрение кредиторов, а это может привести к нежелательным последствиям.

– - Но при чем тут поденщица?

– - Действительно, при чем?
– согласилась Светик.

– - Это я и хочу выяснить. Мне кажется, что она приходила делать уборку ко всем подозреваемым.

– - Как будто Мирабо не может держать постоянных слуг! проворчал журналист.

– - Ты как ребенок!
– воскликнул Макс.
– Он может держать постоянного лакея или секретаря! Но содержать других постоянных слуг дороговато, пойми, люди вроде Мирабо обычно скупы на жалование.

Демулен обиженно надулся. В отличие своего друга он не умел спорить. У него никогда не было весомых аргументов, а эмоции били через край. Переспорить хладнокровного Максимильена, у которого всегда и на все был готов ответ было многим не под силу, а Демулену и подавно. Камилл же мог только размахивать руками, бросать упреки, а когда понимал, что проиграл, очень сильно обижался.

Макс и Светлана переглянулись.

– - Ты можешь мне помочь доказать невиновность Мирабо, сказал Робеспьер тоном, папаши, утешающего капризного ребенка.
– Ты организуешь мне встречу с ним?

Камилл, у которого настроение менялось моментально, радостно закивал. Глаза у него загорелись, лицо расплылось в улыбке.

– - Когда угодно!
– воскликнул он.
– Так вот о чем ты говорил! Ты просто не хочешь, чтобы злопыхатели обвиняли Мирабо! Прости, друг, я сгоряча решил, что ты хочешь это убийство приклеить к великому оратору.

– - Как ты мог подумать такое!
– сказала Светик, подмигнув Максу.
– Ты обвинил нашего друга в зависти! Как это некрасиво с твоей стороны!

Журналист опустил голову, казалось, он заплачет от стыда. Робеспьер испугался, что теперь придется его утешать. Положение спас вопрос Светланы.

– - А что с мсье Морьесом? Похоже, он уже принял яд.

– - Увы, да, - ответил Робеспьер.
– Бедняга обречен.

– - Нам надо начать расследование!
– оживился Камилл. Начнем с Мирабо.

– - Нет, мой друг, твоего великого друга мы оставим напоследок.

– - Ну, пошли!
– сказал Камилл , который рвался в бой.

– - Подожди... Лучше отложить это до завтра.

– - Да, ты прав, - согласился журналист.
– Пожалуй, мне пора. Вечером я иду к Мирабо.

С этими словами он распрощался с друзьями.

– - Камилл все ему разболтает, - сказала Светлана.

– - Что ж, пускай. Он избавит меня от задачи самому объяснять все графу.

– - Кстати, а как прошла твоя вчерашняя речь в Ассамблеи?

– - Ох, и не спрашивай. Это был полный провал. Меня никто не слушал, из-за шума я даже сам не слышал своих слов. Однако я дочитал речь до конца.

– - Ты молодец! Меня поражает твоя смелость. И не только меня. Многие удивляются, как ты можешь сохранять спокойствие в таких ситуациях. Камилл бы, например, давно бы расплакался и убежал. А когда ты готовишь речь, которая противоречит доводам почти всех остальных, мне даже страшно за тебя!