Лиза была поражена.

— Робин! Не могу в это поверить. Если ты мне звонишь, значит, собрался жениться!

— Лиза, милая, через неделю Рождество и, как бы странно это ни казалось, но я иногда думаю о нашей семье. Особенно в это время года. Как поживают твои дети? И как поживает твой бравый старик, стриженный бобриком?

— По-прежнему стрижется бобриком и при этом лучший супруг в мире. Робин, я на тебя сердита. Ты столько раз был в Лос-Анджелесе и ни разу не позвонил. Кейт и Дикки были бы очень рады тебя видеть.

— Как-нибудь обязательно приеду. Обещаю. Клянусь. — Робин на мгновение замолчал. — А как поживает великолепная Китти? Чем она занимается?

Лиза ответила не сразу.

— Робин, почему ты всегда ее так называешь?

— Не знаю. Может, это с тех пор, как умер старик.

— Ты хочешь сказать — мой отец?

— Ну ладно, Лиза, как Китти?

— Но почему ты упорно называешь ее Китти? Робин засмеялся.

— Уговорила. Что поделывает мама в последнее время? Так тебе больше нравится?

— Она была для тебя хорошей матерью, Робин.

— А я и не отрицаю и даже счастлив, что она развлекается. Так как у нее дела?

— Не очень. У нее плохо с коронарными сосудами, было несколько сердечных приступов. Она месяц пролежала в больнице, но теперь ей, кажется, лучше. Недавно она переехала в большой особняк в Риме. Естественно, у нее новый воздыхатель. Она говорит, что он ее обожает. Конечно, она ему платит. Как тебе это нравится?

— Потрясающе! А ты что хотела? Чтобы она жила с каким-нибудь старым артритиком? Я, как Китти, люблю молодость и красоту.

— И тебе никогда не хотелось иметь детей и собственный дом?

— Нет! И не думаю, что Китти тоже этого хотела. Она родила нас потому, что так получилось.

— Не смей говорить так о ней!

— Ладно, Лиза! У нас всегда была няня, у тебя, по крайней мере. Я до сих пор помню, как дрожала Китти, когда была вынуждена брать тебя на руки. И я не помню, чтобы она держала меня на руках, когда я был маленьким.

— Она обожала детей! — закричала Лиза. — И мечтала иметь их полный дом! Она чуть не умерла, когда рожала меня, а потом у нее было три выкидыша.

— Почему я не знал этого?

— Я тоже ничего не знала. Я узнала об этом только после смерти папы, когда она несколько дней гостила у нас. Я была тогда на третьем месяце. «Не останавливайся на одном, Лиза, и даже на двоих. Нарожай целый дом детей. Я оставлю вам столько денег, что вы с Робином сможете себе позволить иметь много ребятишек. Без них жизнь не имеет никакого смысла». Она много чего мне тогда рассказала.

— Наверное, дочери ближе к матери, — вполголоса произнес Робин.

— Не уверена. Но я знаю, что дети — это очень важно. И мама это знает. Я бы хотела, чтобы ты тоже это понял.

— Постараюсь. Желаю вам хорошо повеселиться на Рождество!

— Тебе тоже. Представляю, как ты чудесно проведешь время с целым роем блондинок. Счастливого праздника, Робин!

Лиза повесила трубку.

Робин в задумчивости провел рукой по волосам. Впереди у него были рождественские каникулы, и их нужно было как-то провести.

Он проснулся в четыре часа утра весь в поту с ощущением, что видел во сне какой-то кошмар. Но какой, он не мог вспомнить. Четыре часа по местному времени, значит, в Риме — десять. Он набрал номер. Ему ответил приятный мужской голос на безупречном английском языке.

— Пожалуйста, пригласите миссис Стоун, — попросил Робин.

— Мне очень жаль, но она спит. Что ей передать?

— А с кем я говорю?

— Могу ли я задать вам тот же вопрос?

— Я ее сын, Робин Стоун.

— О! — Голос в трубке сразу потеплел. — Я так много слышал о вас. Я — Серджио, лучший друг миссис Стоун.

— Послушайте, лучший друг, я собираюсь сесть в первый же самолет на Рим и провести Рождество со своей матерью. Как она себя чувствует?

— Очень хорошо. Но думаю, что почувствует себя еще лучше, когда узнает эту новость.

— Да, лучший друг, вы поможете мне сэкономить на одном телефонном звонке, если закажете для меня номер в отеле «Эксельсиор».

— Я вас не понимаю.

— «Эксельсиор», большой отель на Виа Венето.

— Я хорошо знаю этот отель. Но зачем вам там останавливаться? У вашей матери огромный палаццо из десяти комнат. Она здорово оскорбится, если узнает, что вы поселились не у нее.

— Десять комнат!

— Это очень красивая вилла, где она может прекрасно отдохнуть.

«И где Серджио имеет возможность принимать своих дружков», — подумал Робин.