Юдифь, сразу же воспользовавшись случаем, подошла к Робину и небрежно взяла его под руку.

— Вы у нас впервые. Вам, конечно же, хотелось бы осмотреть дом?

— Осмотреть дом?

Она потянула его в вестибюль.

— Да, большинство гостей обожают осматривать дома, хотя им обычно показывают только салон, библиотеку и гостиную. — Она остановилась перед дубовой дверью. — Сюда гостям вход воспрещен, но только не вам: здесь логово Грегори, его гордость и радость.

Робин одобрительным взглядом осмотрел комнату.

— Очень хороша для работы. Она ответила с огорченным видом:

— К несчастью, он проводит здесь слишком много времени.

— Но у него действительно слишком много дел.

— А вы тоже так запираетесь?

— У меня меньше забот и меньше усидчивости, — улыбаясь, заметил Робин. — На моих руках только одна редакция. Грегори руководит всей организацией.

Юдифь вскинула руки с подчеркнутым отчаянием.

— Значит, у вас, мужчин, нет других проблем, кроме работы? Как я вам завидую! Он не ответил.

— Мы, женщины, не можем отделаться от своих переживаний за стаканом вина или обхватывая голову руками в кабинете.

— Нужно попробовать, — ответил Робин.

— Как избавиться от чувства одиночества?

Он заинтригованно посмотрел на нее. Их взгляды встретились. В глазах Юдифь была смесь вызова и сообщничества. Она сказала низким голосом:

— Робин, я люблю Грегори. В начале нашего брака мы познали прекрасную любовь. Но теперь он женат на Ай-Би-Си. Грегори намного старше меня… Ему хватает увлечения работой. Он приносит свои заботы домой, и иногда у меня создается впечатление, что я больше для него не существую. Но женщина не может жить так. Ей нужно восхищение. — Она посмотрела на свои руки и поиграла кольцом: — Восхищение, я испытывала его один или два раза. — Она подняла голову и взглянула на Робина. — Я думаю, почему вам все это рассказываю? Мы с вами едва знакомы. — Ее улыбка стала робкой. — Но дружба не измеряется временем. Это вопрос взаимного понимания.

Он взял ее за плечи и отеческим тоном сказал:

— Юдифь, вы прекрасная женщина. Но будьте осторожны. Не доверяйтесь лишь бы кому. Она взглянула на него с кокетливым видом:

— Я никому еще не доверялась. Это впервые в моей жизни… Не знаю, что на меня нашло… Робин повернул ее и подтолкнул к дверям.

— Слишком много коктейлей, — сказал он. — А теперь давайте-ка возвратимся в салон. Вы почувствуете себя менее одинокой. — Он взял ее под руку и отвел в салон. — Я пришел с молодой особой, которая может почувствовать себя очень неловко в этой толпе.

Он покинул ее и направился прямо к Мэгги.

Юдифь была на грани слез, но она переходила от одной группы гостей к другой с вежливой улыбкой. Мэгги тоже сохраняла вежливую улыбку. Она видела, как Робин покинул комнату с Юдифь Остин, и отметила длительность их отсутствия. Эта Юдифь Остин была красивой женщиной… Но Мэгги достаточно было увидеть красивого мужчину, пересекавшего салон и направлявшегося к ней, как ее тревога сразу же улетучилась.

Он властным жестом взял ее под руку, пытаясь отделаться от Этель и Кристи Лэйна. Вдруг внимание Робина обратилось на дверь. Ьсе взгляды устремились в этом направлении. Только что вошла маленькая, хрупкая женщина. Среди утонченной публики поднялся шум. Каким бы скромным ни было появление Дианы Вильяме, оно всегда было появлением. Она нерешительно, словно ребенок, остановилась на пороге. Грегори Остин поспешил к ней и обнял за плечи покровительственным жестом. Меньше чем через секунду все присутствующие быстро окружили их. Диана скромно приветствовала всех, кого ей представляли.

В конце концов она пробралась через толпу и подошла к Робину. Грегори Остин все еще держал ее под своим крылом.

— Почему вы не сказали, что пригласили мисс Вильяме на наш небольшой праздник? — упрекнул он Робина. — Мы даже не знали, что она в городе, иначе послали бы ей приглашение.

— Вы пригласили меня на Рождество, — напомнила Диана обвиняющим тоном. — Но так как вы за мной не заехали, я подумала, что это недоразумение, и решила, что вы ждете меня здесь.

— Позвольте мне исправить эту бестактность и принести вам выпить.

Робин направился к бару. Грегори и Диана последовали за ним. Мэгги осталась с Этель и Кристи.

Этель рассказывала о своей новой квартире.

— Мы переехали вчера, — призналась она Мэгги.

— Роскошно! — сказал Кристи. — Салон, две спальни, и в три раза дороже, чем в «Асторе».

— Честное слово, я не могла представить себя с коляской на тротуарах Бродвея, — засмеялась Этель. — По крайней мере, «Эксес Хаус» находится напротив парка. Это будет полезно для малыша.

— О! Я не знала. Мои поздравления! — сказала Мэгги, стараясь проявить интерес, которого не испытывала. — Вы правильно сделали, что выбрали отель возле парка. Для малыша это будет прекрасно.

— Для Кристи малыш — волшебное слово. Позднее я скажу ему, что парк не годится для крошки. Слишком много нападений, бродяг и так далее… Когда мы обоснуемся на побережье, то начнем вести совсем другую жизнь. Большой дом, связи в высшем обществе. Мы будем общаться только с самыми известными людьми, чтобы малыш воспитывался среди маленьких богачей. Поверьте, моя дорогая, Голливуд ждет Этель Эванс Лэйн.

— Голливуд вас, наверное, разочарует, — сказала Мэгги. Она обвела взглядом толпу в поисках Робина.