Только теперь Стивен позволил себе расслабиться, опустить голову на одеяло рядом с Мэган. И на него вдруг навалилась такая усталость, которой он не знал даже после долгих часов каторжного труда на плантации Флинта. Словно кто-то взял и мгновенно выкачал из него все жизненные силы. Стивен закрыл глаза и, убаюканный теплом камина, сам не заметил, как уснул, крепко сжимая ее в объятиях.

Проснулся он от дрожи, сотрясавшей тело Мэган, и от ее глухого, жалобного стона:

– Холодно... Согрей меня...

Стивен открыл глаза. Пока он спал, одеяло, которым они были прикрыты, сползло, а дрова в очаге прогорели, превратившись в едва мерцающие угли.

– Холодно... – снова всхлипнула Мэган. Полусонный, Стивен с трудом приподнялся на локте, накрыл Мэган собой, обнял. В выстуженной хижине было так холодно, что спина его закоченела. Стивен дотянулся до края одеяла и набросил на себя и Мэган.

Ее глаза неожиданно раскрылись. Сначала затуманенный, пустой, взгляд уже через миг остановился на Стивене.

– Стивен? – изумленно шепнула она. Мэган очнулась! Она в сознании, она его узнала! Облегчение было так велико, что Стивен, не удержавшись, приник к ее губам долгим, нежным поцелуем.

Как только он оторвал губы и приподнял голову, Мэган посмотрела на очаг, затем снова остановила непонимающий взгляд на Стивене:

– Почему мы здесь лежим?

– Одежничаем, – ухмыльнулся он.

– То есть... Но, Стивен! – Она еще не совсем проснулась и говорила невнятно. – Мы ведь... без одежды?

– Поверь мне, солнышко, одежничать без одежды куда приятнее.

Сонная улыбка скользнула по губам Мэг.

– Так вот как ты называешь своих возлюбленных?

– Только тех, с кем мне довелось одежничать. А это первый случай в моей жизни.

Теплая, очаровательно взъерошенная, Мэган была так прелестна, что он не удержался от еще одного поцелуя.

Кажется, скрипнула дверь... Должно быть, сквозняк. Но оторваться от губ Мэган, неожиданно открывшихся навстречу его поцелую, было выше его сил. Желание захватило врасплох истосковавшееся по женской ласке и теплу тело.

– Какого черта здесь происходит, Мэг? – громом прозвучал в тишине незнакомый мужской голос.

Стивен вмиг скатился с Мэган. Одеяло соскользнуло, открыв обнаженные тела на обозрение двух пар чужих глаз.

Один из незнакомцев, довольно красивый парень приблизительно пятью годами младше Стивена, в изысканной городской одежде, сверлил Мэган яростным взглядом.

Второй же, круглолицый и в очках, с ошарашенным видом выглядывал из-за спины товарища. Стивен скользнул по нему взглядом – и вновь обратил все внимание на первого.

Именно в его руках был мушкет, нацеленный прямо в грудь Стивена.

Ахнув, Мэг судорожно вцепилась в плед и дернула его на себя.

Собственная нагота сейчас меньше всего заботила Стивена. Не сводя настороженного взгляда с младшего из незнакомцев – того, кто держал его на мушке, – он мгновенно заслонил Мэган от нескромных мужских взглядов.

– Не двигайся – или ты покойник! – рявкнул парень с мушкетом. Стивен окаменел.

– Квентин! – воскликнула Мэг, едва успев натянуть плед на обнаженные плечи и грудь.

Проклятье! Стивен чудом успел проглотить ругательство. Нужно же было этому лоботрясу появиться в самый неподходящий момент! А впрочем, чего и ждать от такого ничтожества, как Квентин...

– Это не то, что вы подумали... – попытался он объяснить ситуацию. – Я не хотел...

– Не знаю, чего вы там хотели, мистер, но в том, что вы делали, сомневаться не приходится. – Оборвав Стивена, Квентин демонстративно опустил взгляд на его откровенно возбужденную плоть.

– Но что ты здесь делаешь, Квентин?! – Несмотря на весь ужас положения, Мэган выглядела просто прелестно – чуть взъерошенная, раскрасневшаяся, вся в янтарном облаке блестящих волос.

– Я же обещал вернуться к сбору урожая!

– Ты слегка подзадержался! – вскипел Стивен. – Урожай уже неделю как собрали! Подонок! Бросил Мэган и Джоша на произвол судьбы, а теперь заявился как ни в чем не бывало!

Квентин угрожающе сощурился. Взгляду старшего брата явно недоставало спокойствия и доброжелательности его сестры. Устремленные на Стивена глаза горели откровенной враждой. Это был взгляд человека, над которым властвует не здравый смысл, а эмоции. Должно быть, в мать пошел, отметил про себя Стивен.