Оливия ловко Действовала тормозом, чтобы экипаж не выехал из блестящего тумана, который защищал их от нападавших. Зомби без. движения лежали по обеим сторонам дороги. Туман закончился у подножия холма.

Экипаж ехал по полю. Оливия заметила огромного коричневого медведя, который что-то рвал когтями на скользкой траве, но у нее не возникло желания посмотреть поближе. Она подумала, что это один из приятелей Лледью заботится об одном из живых мертвецов, который хотел убежать от тумана.

Оливия с интересом посмотрела на Джиджи. Парень откинулся назад и закрыл глаза. Он очень устал и был весь в крови и синяках.

— Ты неважно выглядишь, — сказала она. Она отпустила вожжи, позволив лошадям самим выбирать дорогу, и повернулась, чтобы осмотреть раны у Джиджи.

— Не думаю, что был создан для путешествий, — ворчал Джиджи. — Это очень обидно. Оливия засмеялась.

— Но ты был хорош, — настаивала она.

Она отрезала кусок от его накидки, сложила и прижала к порезу у него на шее.

— Прижми это, — приказала она.

Джиджи повиновался, но он был не согласен со словами хафлинга.

— Мать Лледью из-за меня чуть не погибла.

— С ней все в порядке. У оборотней все быстро заживает, и их труднее убить, чем людей. Ты знал, что она оборотень? — спросила Оливия.

— Нет, конечно нет. Но как оборотень может быть жрицей?

— Поклоняться луне — это обычное дело для оборотней, — сказала Оливия, пожимая плечами. Даже у священников бывает хобби.

Услышав стук копыт, Оливия посмотрела на поля.

— Похоже, что это Кэт, — сказала она, указывая на едва различимого седока.

Джиджи открыл глаза.

— Да. У нее под седлом одна из наших лошадей.

Дворянин потянулся, взял в руки вожжи и остановил экипаж. Кэт неслась к ним. Она сильно натянула повод, и кобыла встала на дыбы. Волшебница вылетела из седла и упала на землю. Джиджи спрыгнул с коляски и бросился в сторону Кэт.

— По-видимому, он пострадал не так сильно, как показалось, — пробормотала Оливия.

Она соскочила с, места кучера и открыла дверь кареты, чтобы посмотреть на их пассажирку. Мать Лледью оставалась в своем медвежьем обличий. Оливия знала, что это хороший знак, так как оборотни превращаются в людей, когда умирают.

Медведь почесал нос лапой.

«Она отоспится, и боль пройдет», — решила Оливия.

— Я в порядке, — объявила Кэт, когда Джиджи наклонился над ней. Я просто забыла, — сказала она, поднимаясь с его помощью на ноги, — что не умею ездить верхом.

Джиджи улыбался, пока не заметил синяк на ее виске.

— Что случилось? Кто это тебя? — сурово спросил он.

— Твоя глупая кузина Джулия. Она пыталась спасти своего глупого брата Стила. Надо было дать ему свалиться с башни, но, как ты любишь говорить, мы, Драконошпоры, должны держаться вместе. Джиджи, не беспокойся. Вот. Это для тебя, — закончила Кэт, протягивая Джиджи шпору.

— Ты нашла ее! — закричал он. Ты очень, очень умная женщина.

Он поднял ее и закружил, потом поставил и поцеловал в щеку.

— Будь так любезен. Убери ее, — попросила Кэт. Ты никогда не говорил мне, что она так ужасна.

Джиджи засмеялся и взял у волшебницы шпору.

— Да уж, — согласился он, поднося шпору к лицу. Где она была?

— Лучше спросить госпожу Раскеттл, — предложила Кэт.

Джиджи с удивлением повернулся к Оливии. Он протянул шпору, чтобы та увидела ее.

Немного смутившись, Оливия посмотрела на нее. Так же как и Кэт, она полагала, что шпора должна быть металлической и должна прикрепляться к чьей-нибудь ноге, чтобы заставлять драконов подниматься в воздух или что-нибудь в этом роде. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы она в этом кусочке мумифицировавшегося тела узнала один из тех обрезков сушеного мяса, которые она дала Кэт, завернутыми в шелковый шарф.

«Нужно как-то объясниться», — поняла она.

Но Оливии нужно было время, чтобы решить, как же объясняться. Она взглянула на чистое голубое небо.

— Как насчет того, чтобы это пока убрать, а когда мы будем в безопасности, я объясню про шпору, — пообещала она. Вдруг прилетит Шут в виде птицы или еще что-нибудь.

Джиджи озабоченно посмотрел вверх. Небо было чистое. Облако, которое было над Весенним Холмом, исчезло. Он не видел никаких птиц. И все-таки он принял предложение Оливии.

— Я привяжу лошадь позади экипажа, а ты можешь поехать с нами, — сказал он Кэт.

— Так, может, вы объясните по пути? — спросила Кэт невинным голосом.