– Нет.

– Вы сердитесь на меня за что-то?

– Теперь нет. А когда вы вознамерились прочитать мне проповедь о том, сколь благородна моя работа и как вы цените мой мужественный труд, я захолодела... Не надо эмоций, господин Герасимов. Я слишком эмоциональна, поэтому предпочитаю отношения вполне деловые: вы оплачиваете мой труд, я гарантирую качество. И все. Уговорились?

– Конечно, Екатерина Николаевна. Раз и навсегда... Поэтому я совершенно откровенно открываю мой замысел, хотя делать этого, вы же все про нас знаете, не имею права... Мне хотелось бы связать военную организацию с думской фракцией социал-демократов. Возможно такое?

– Думаю, да.

– Как это можно сделать?

– Очень просто. Я запущу идею моим матросикам и солдатам, что нужно связаться с социал-демократами и передать им наказ о солдатских требованиях к правительству. Вам ведь не моя организация нужна? Вам нужны социал-демократы в Думе, видимо, так?

– Ну, это как пойдет, - с некоторым страхом ответил Герасимов, так точно в десятку била барышня.

Шорникова поморщилась:

– Будет вам, полковник... Начинаете серьезное дело и не верите тому, кто вам его поставит... Мы ведь, перевербованные, люди без кожи, обидчивы, как женщины в критическом возрасте. Если уж начинаем дело, так доверие, причем полное, до конца... Я ведь знаю всех членов ЦК, всех членов социал-демократической организации, постоянно встречаюсь с Карповым, Чхеидзе, Мартовым, Доманским, Троцким...

– Карпов - это...

– Да, да, именно так - Ленин.

– Где он, кстати, сейчас?

– Постоянно меняет квартиры, вы ж за ним охотитесь, газеты с его статьями конфискуете...

– Словом, место его нынешнего жительства вам неизвестно?

– Нет.

– А сможете узнать?

– По-моему, связав военную организацию с думской фракцией социал-демократов, вам будет легче нейтрализовать Ленина.

– Разумно, - согласился Герасимов.

– Все явки военной организации, все связи в России хранятся у меня дома, господин полковник...

– Видимо, для надежности охраны этого бесценного архива стоит завести какую-нибудь кухарку, няньку, что ли... Пусть постоянно кто-то будет у вас дома...

– Хотите подвести своего агента?
– понимающе уточнила Шорникова.
– Вы ж меня провалите: хороша себе революционерка, кухарку завела...

– Мы имеем возможность контролировать вашу искренность по-иному, Екатерина Николаевна... Более того, мы это делаем постоянно. И я не обижусь, ежели вы, своими возможностями, станете проверять мою честность по отношению к вам... Ничего не попишешь, правила игры...

– Я не играю, - отрезала Шорникова.
– Я служу. А коли употребили слово <играю>, то добавьте - <со смертью>. Каждый час. Любую минуту.

– Екатерина Николаевна, я счастлив знакомству с вами, право... Беседовать с вами сложно, но лучше с умным потерять, чем с дурным найти. Вы правы, я сказал несуразность - ни о какой кухарке не может быть и речи. Просто я неумно и топорно намекнул на возможность прибавки дополнительных денег к вашему окладу содержания... Вы пятьдесят рублей в месяц изволите получать?

Шорникова снова засмеялась, будто вспомнила что-то забавное:

– Надобно иначе сказать, Александр Васильевич... Надобно сказать: <Мы платим вам пятьдесят рублей в месяц>... Не я изволю получать, как вы заметили, а вы мне отстегиваете. Мне не надо дополнительной платы, я удовлетворена тем, что имею.

– Во всяком случае, в любой момент я оплачу все ваши расходы. Все, Екатерина Николаевна. И мне, кстати говоря, будет очень приятно сделать это. Превыше всего ценю в людях ум и особую изюминку...

– У тех, кто отступил, одна надежда, господин полковник... Имя этой надежде - власть.

– Сильная власть, - уточнил Герасимов.
– Способная на волевые решения... Кстати, Доманский - это кто?

– Это псевдоним. Настоящая фамилия этого члена ЦК Дзержинский.

– Не тот ли, что особенно дружен с Лениным и Люксембург?

– Именно.

– А где он сейчас?

– Здесь. Координирует работу поляков и литовцев с русскими.

– Адрес его явок вам известен?

– Он умеет конспирировать, как Ленин.

– Поищем сами... Когда вы сможете внести свои предложения по поводу думской фракции социал-демократов и их связей с военной организацией партии?

– Связей нет... Зачем вы так? Мы же уговорились говорить правду... Связи военных с думской фракцией надо создать...

– Сможете?

– Постараюсь...

Вскоре Герасимов получил информацию, что двадцать девятого апреля девятьсот седьмого года в общежитии политехнического института в присутствии члена государственной Думы, социал-демократа Геруса состоялось собрание солдат, на котором по предложению нескольких военных и <пропагандиста> Шорниковой было решено послать в государственную Думу от имени военной организации наказ социал-демократической фракции, в котором будут изложены пожелания армии...