– Ты абсолютно права.

– Поздно вчера разошлись? – спросила Тейлор.

– Намного позже вас, – сказала Монтана. – Норио попросил меня поставить для Киндры новый клип. Мы ударились в воспоминания, он очень интересный человек.

– Мне он всегда был симпатичен, – согласилась Тейлор.

– А откуда ты их знаешь? – поинтересовалась Монтана.

– Нас познакомила Лиза. Она когда-то начинала бэк-вокалисткой у Киндры. А с Лизой мы как-то играли в одной картине и очень подружились. Она замечательная, лучше всех! И никогда не меняется.

– Да, в ее облике что-то есть, – задумчиво согласилась Монтана. – Я бы с удовольствием с ней поработала.

– Так поработай! – воскликнула Тейлор. – В этой жизни нет ничего невозможного.

– Да, это точно.

– Раз уж речь зашла о возможностях, – продолжила Тейлор, – угадай, что я вчера сделала?

– Ну говори, не томи!

– Я спросила у Ларри, почему он не снимает меня в своих картинах?

– Молодец, – похвалила Монтана. – Давно пора.

– Понимаешь, я актриса, замужем за одним из самых влиятельных людей в Голливуде, а он мне ни разу не предложил у него сняться!

– И как он отреагировал? – спросила Монтана. Тейлор пожала плечами:

– Очень напрягся и переменил тему. Стал говорить о моем проекте, с которым он наконец-то решил мне помочь.

– О каком твоем проекте?

– Я написала сценарий и вот уже два года пытаюсь из этого что-то сделать. До сих пор никак не удавалось, а Ларри не хотел меня поддержать. Зато теперь, когда я опять пошла сниматься, он разволновался и зашевелился. Нанял одного молодого писателя, чтобы доработать сценарий, а кроме того, обещал быть у меня исполнительным продюсером. Теперь все пойдет по-другому.

– Не сомневаюсь, – пробормотала Монтана. – А кто этот писатель?

– Оливер Рок, – небрежно бросила Тейлор.

– Кажется, не слыхала.

– Молодой парень, который только что продал один сценарий за безумные деньги. Ларри, похоже, обнаружил у него большой талант.

– Нет, не слыхала, – сказала Монтана Грей. – Хотя это ни о чем не говорит, я же профессиональную прессу не читаю. Бросила много лет назад, когда поняла, что в ней одни выдумки.

К вечеру среды Майкл понял, что дальше увиливать не удастся. Он должен позвонить Кэрол. Она еще была на работе.

– Похоже, я сегодня заключила контракт на два миллиона, – весело сообщила она. Так, будто никаких других событий в их жизни не происходило. – Нашла покупателя на один дом.

– Неплохо, – похвалил Майкл.

– Неплохо?! Скажи – здорово! – воскликнула она.

– Да, конечно, конечно. Ты права, это здорово. – Ему вдруг захотелось оказаться где-нибудь далеко и никогда больше не слышать ее голос. – Спасибо тебе за вчерашний ужин.

– Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, – пошутила Кэрол.

Он нервно рассмеялся:

– Хм-мм… Кэрол, завтра я лечу в Вегас. По работе. Вернусь в понедельник. Так что в понедельник вечером мы с тобой встретимся и все обсудим.

– Хорошо, Майкл. У меня или у тебя?

– Я приеду к тебе.

– В семь, годится?

– Да. До встречи.

Он пока не знал, что ей скажет, но что-то надо было делать.

Майкл уже принял решение, что будет материально помогать ей с ребенком, это уж непременно.

На него опять нахлынули воспоминания о Белле. О маленькой девочке, которую он считал своей. Майкл помнил тот день, когда она родилась, помнил ее первые шаги, то, как она произносила «папа». Он силился забыть ее. Но не получалось.

В дверь заглянул Куинси и предложил заехать к ним поужинать.

– А Эмбер знает про Кэрол? – спросил Майкл.

– Я ей не говорил, старик, – заверил Куинси. – Если и знает, то не от меня.

– Иными словами, знает? – уточнил Майкл и зажег сигарету.

– Кэрол с ней говорила, – признался Куинси.

– Черт!

– Сегодня у нас жареная курица.

– Я пас.

– Послушай, надеюсь, ты на меня не злишься?

– Нет, Куинс. Но лучше мне сегодня побыть одному.

– Что ж… Если вдруг передумаешь…

– Спасибо. Мне еще собираться, завтра еду…

Он допоздна просидел в офисе и домой пришел такой усталый, что думать ни о чем был уже не в силах. Включил телевизор, минут десять посмотрел какую-то передачу и уснул крепким сном.

Ники была в бешенстве. Будущая свекровь ее уже достала, она совала свой нос во все дела, да еще с таким видом, будто имела на это право. К концу дня горничная была готова уволиться, а садовник, выслушав замечания Линды о состоянии газона, клумб и изгороди, прошипел в ответ длинное испанское ругательство. К несчастью, Линда немного знала испанский, и теперь уже она была готова уволить садовника.