Больше всего меня доставали не трусливые пользователи, у которых любая неадекватная реакция техники на их действия вызывает ступор, граничащий с тихой истерикой, а другие — те, кто считает себя асами, поскольку научились самостоятельно переустанавливать Windows и менять модули оперативной памяти. Эти клиенты изъясняются исключительно на комп-сленге (типа: «Я воткнул ещё шестнадцать метров, мать их схавала, но все равно не пашет, потом гляжу — у меня винт форматнулся... Стал винды ставить, глючит тачка, но ничего, я ее разогнал в биосе») и принципиально не желают постигать азы информатики по полному собранию сочинений Фигурнова. Таких я бы сначала глушил по башке системным блоком, а затем медленно удавливал бы кабелем последовательного соединения.

Именно от таких диких ламеров и юзеров и поступали на меня жалобы шефу Лелику.

Первое время Лелик терпеливо проводил со мной воспитательную работу, в которой красной нитью проходила мысль: «Клиент, конечно, — тупая, злобная скотина, но твоя задача состоит в том, чтобы убедить его в обратном». Потом чаша его терпения стала переполняться, и он вынес мне несколько «последних предупреждений»...

Вообще-то, народ в фирме подобрался неплохой. Все — примерно моего возраста, люди в меру умные, хотя и не в меру ироничные. Как бывает в тесном, сплоченном коллективе, они не чуждались взаимных розыгрышей и, по принципу «Кто на новенького?», дружно навалились на меня всем скопом.

Первые недели я с опаской входил в двери нашей конторы, то и дело опасаясь очередного подвоха.

Боже, что со мной только не вытворяли!.. И чем дальше — тем все изощреннее.

Началось все с вполне безобидной просьбы одного из моих старших коллег заархивировать базу данных каких-то телефонных номеров, поскольку она якобы не помещалась на дискету. Естественно, все мои попытки уменьшить размер БД объемом в 20 мегабайт до нужных полутора «мегов» ни к чему хорошему ни привели. Я рассвирепел и взялся за дело серьезно. Скачал из Сети уйму всевозможных архиваторов и принялся методично компрессировать соответствующий файл. В общем, когда я убил на это гиблое дело полдня, выяснилось, что база уже заархивирована по максимуму и потому любая дальнейшая попытка сжать ее еще больше равносильна втискиванию верблюда в игольное ушко.

Потом еще были: поиск по Сети драйверов для новой модели утюга с программным управлением, телефонные переговоры с фирмой-поставщиком насчет того, чтобы нам подбросили «памяти на два гига» и «мамок с винтами от Вестерна», а на самом деле номер, по которому я звонил, оказывался принадлежащим приемному отделению городской психиатрической больницы («Нет-нет, молодой человек, вы не ошиблись, вы попали как раз по адресу... ПОТОМУ ЧТО ТАКИХ, КАК ВЫ, У НАС ЛЕЧАТ!»). Про подсовывание мне в коробочке из-под компьютерной «мыши» (причем запечатанной по всем правилам и наглухо заклеенной!) настоящей мышки, только усыпленной хлороформом, я уж и не говорю...

К моему облегчению, период моей травли быстро закончился, потому что на должность «телефонного оператора по обслуживанию потенциальных покупателей» устроилась какая-то мымра с большими претензиями на экстравагантность (выражалось это, в частности, в том, что она изображала, будто жутко боится степлеров, после какого своего высказывания изрекала с таинственным видом: «Согласно пророчеству гороскопа» и предупреждала по внутренней сети всех коллег о том, что ей нужно отлучиться в туалет «попудрить носик»), и ребята переключились на нее.

Однако самый крутой розыгрыш моей персоны был впереди, и состоялся он, когда я уже полагал, будто обжился на новом месте так, что могу считать нашу контору своим вторым домом.

В числе других менеджеров женского пола трудилась на нашей фирме одна симпатичная девчонка по имени Ксюша. Небольшого росточка, с невинным личиком, она одна с самого начала с особой приветливостью улыбалась мне при встречах. Не удивительно, что сердце мое, отвыкшее за время затворничества от общения с дамами, давало слабину, и я мысленно стал позволять себе различные вольности.

А потом — и не мысленно.

Как-то фирма отмечала в ближайшем кабаке свое пятилетие, и шеф Лелик раскошелился на «корпоративный банкет» с участием всех сотрудников. Несмотря на громкое название, мероприятие было самой обыкновенной массовой попойкой со всеми положенными ей атрибутами.

Так получилось, что я и Ксюша оказались рядом за столом, и мы посвятили весь вечер знакомству друг с другом.

После вечеринки я осмелел настолько, что вызвался проводить Ксюшу домой, и она не возражала, а потом выяснилось, что родители у нее уехали на несколько дней на дачу, а она очень боится темноты...

В общем, я остался у Ксюши на всю ночь — и, честно признаюсь, не пожалел об этом.

Все мои прошлые мировоззренческие заскоки слетели с меня в ту ночь, как пересохшая шелуха с головки лука, и никогда мне не было в жизни так хорошо, как тогда.

На следующий день я летел на работу, как на крыльях и не страшны мне уже были ни потенциальные издевательства сослуживцев, ни идиоты-клиенты.

Болван, я ведь серьезно прикидывал в тот момент, что отныне моя жизнь станет совсем другой.

А Ксюша была такой же, как всегда — улыбчивой, вежливой и обаятельной. Вот только на меня она старалась не смотреть, а когда я в обеденный перерыв пригласил ее пообедать вместе, отказалась, сославшись на головную боль.