Миха попытался заглянуть в пещеру, но тут же отпрянул назад, и вовремя: застучал пулемет, чуть не прострелив ему голову.

— Ну ты дурак, автомат же есть!

Миха всунул автомат в пещеру, но с тем же результатом.

— Медведь, давай вали их.

— А как же языки?

— Да пошли они. Чекистам надо, вот пускай сами и штурмуют.

— Как знаешь, — пожал плечами Медведь и подошел к входу в пещеру со своим неразлучным гранатометом наперевес. — Наше дело маленькое…

Медведь начал стрелять с краю, переводя огонь в глубь пещеры.

Гранатомет замолчал, и Медведь отошел в сторону, чтобы перезарядить его. Его место занял Миха Кемпл; на этот раз, приняв во внимание прошлые ошибки, он осмотрел пещеру через автоматный прицел, дававший картинку на бронестекло шлема.

В воздухе пещеры еще клубилась пыль, поднятая взрывами. Она понемногу оседала, и вскоре Миха смог различить стрелка, лежавшего возле своего пулемета… он был мертв. Кемпл осторожно пошел вперед, готовый в любую секунду расстрелять всякого, кто появится перед ним, но делать этого не пришлось. За небольшим выступом лежал еще один боевик, и Миха испытал облегчение: он был жив, но очень плох. Осколки гранат зацепили его, и теперь он, постанывая, едва шевелился.

Вытащив его наружу, Миха понял, что тот находится в еще более плачевном состоянии, чем он думал.

— Док, окажи ему помощь.

— Он не жилец, но попробую сделать все, что смогу.

— Постарайся, чтобы он хотя бы пять часов протянул.

— Вы ничего от меня не узнаете, — прохрипел пленный.

— Постараюсь, но сделать это будет довольно сложно.

— Нам его лишь бы чекистам сбагрить, а там они пусть сами разбираются… Чинк, вызывай вертолет военной разведки.

— Это три часа лету, с ближайшей базы будет всего полчаса.

— Они настаивали…

— Понял.

Прошло два с половиной часа, и, пока ждали вертолет, солдаты перетаскали трупы ко входу в пещеру, даже те, что были в лесу. Чинк разбирался с трофейным оборудованием.

— О, смотри-ка, работает! — удивился Чинк.

— Что это?

— Пульт системы сигнализации, установленной по периметру.

— Это что за точка вспыхнула?

— Кто-то прошел мимо датчика. Тут на арабийском, но вот эта цифра, если предполагать, что существует аналогия с нашими, наверное, указывает вес объекта; значит, прошел объект массой до девяносто килограмм.

— Человек?

— Все может быть.

— Нюхач! Посмотри, кто там.

— Есть.

Солдат убежал, бесшумно скрывшись в лесу, и вскоре доложил по радио:

— Сэр, это бородач идет к вам. Взять его?

— Э-э… нет, следи за ним. Внимание! Все трупы занести в пещеру, быстро!

— Кот, с чего такой переполох?

— К нам кто-то идет… Черт, Чинк! Отзывай вертолет, слышишь, или, на худой конец пусть где-нибудь зависнет до дальнейших указаний… наплети им что-нибудь.

— Понял.

Трупы занесли в пещеру так, чтобы их не было видно снаружи. Туда же занесли раненого и все найденное оборудование.

Док закончил перевязку Кемпла.

— Сорвите шевроны! И знаки различия тоже! — приказал Кемпл, вспомнив о форме, и стал ожесточенно сдирать «белый череп». — Маскировочные сетки спрячьте; в общем, вы должны стать похожими на боевиков.

— Зачем?

— Еще не знаю, просто сделайте то, что я говорю. Солдаты успели сделать все так, как просил их командир, до того как в лагерь боевиков вошел ведомый Нюхачом человек.

— Э-э… — замычал бородач, увидев перед собой солдат.

— Привет, что мычишь?

— Э-э…

— Давай сюда то, что ты должен был нам принести. Ты же что-то должен был принести, ведь так?

— Вообще-то отвести…

— Ну да… так в чем проблема, парень?

— Это… вас не слишком мало? Я думал, вас раза в два больше будет.

— Мал да удал, слышал такую пословицу? Так вот, это про нас. Мы стоим целой роты, ты даже не представляешь, скольких северников мы отправили на тот свет.

Казалось, проводник немного расслабился и даже чуток повеселел.

— Значит, вы и есть те самые наемники?

— Ну да, — ответил Миха, плохо представляя, о каких наемниках идет речь. — Лучше скажи, куда нам идти.

— О, это большая честь для меня, встретиться с «Белыми олеандрами». Я вас отведу, тут недалеко, двадцать километров.

— Всего-то, — буркнул Ломонос, проходя мимо.

— Тогда пошли, а то мы уже целую неделю здесь сидим. Ноги уже затекли.

— Конечно, если вы готовы, то можно отправиться в путь прямо сейчас.