«Ви, мне нужна помощь! Помоги найти Утреннюю Росу и освободить сестру или отомстить за нее. Я обещаю пожертвовать тебе шкуру святого бизона-духа во время торжества „Танца Солнца“! Если ты поможешь мне, я также раздам бедным все, что у меня есть».

Укрепившись молитвой, он посмотрел в небо. Уже светало. Кошмарная ночь, наконец, прошла. Теперь он мог лучше разобраться в обстановке. Перед выступающими из воды скалами течение наверняка намыло глубокую яму. Верба плыла корнями вперед, они запутались между валунами, что и привело к роковому удару.

Техаванка взобрался на ствол. Скалы находились неподалеку от берега, в середине излучины взволнованной реки, и сильное течение принесло сюда вербу. Если бы они не плыли так близко к берегу, то избежали катастрофы. Техаванка осмотрелся. Друга нигде не было видно. Может, течение занесло его под скалы? Это означало бы неминуемую смерть.

Техаванка тяжело вздохнул и пополз к верхушке вербы, свисающей над скальным заграждением. Потом спустился в воду. Ужасный холод пронзил его насквозь. Он плыл медленно, превозмогая боль и одеревенение тела. Восточный берег был уже близко, и вскоре Техаванка почувствовал дно. Он попытался было встать на ноги, но сильное течение перевернуло его и погрузило под воду. Однако он все-таки выплыл и медленно выбрался на берег, который в этом месте образовывал глубокую расщелину. Сил идти дальше уже не было. Измученный, он упал на берег и сразу заснул.

Много времени прошло, прежде чем уставший Техаванка начал пробуждаться. Он еще не открыл глаза, но почувствовал, как в его тело проникает благодатное тепло. Рука нащупала мех, отчетливо слышался треск костра. Что это могло быть? Правой рукой он незаметно начал искать нож чиппева, торчавший за поясом. Молниеносно вскочив, Техаванка сбросил покрывавшую его шкуру и онемел.

У огня сидел Ша'па и пек рыбу, нанизанную на палочку.

— Ша'па, ты жив? — воскликнул Техаванка, не веря своим глазам. — Я искал тебя, кричал!.. Я думал, что ты утонул.

— Хо! Нам крепко повезло, что мы остались в живых этой ночью, — ответил Ша'па. — Когда дерево ударилось о скалы, я упал на ветку, к которой были прикреплены наши вещи, и схватил узелок. Именно в эту минуту дерево поднялось, и я оказался в воде. К счастью ремешки, за которые был подвешен узелок, соскользнули с ветки, и он остался в моих руках. Не знаю, как мне удалось проплыть между скалами. Я был ошеломлен, течение сильно относило меня в сторону. Доплыв до берега, я дождался рассвета, пошел вдоль реки вверх и оказался здесь. Ты лежал без сил, весь в синяках. Убедившись, что ты жив, я укрыл тебя шкурами, которые, будучи свернутыми в узел, почти не намокли. Среди наших вещей я нашел огниво, трут и поэтому смог развести костер.

— Хо! Только Мем'ен гва могла положить в мешочек волшебный высекатель искр. Наверняка она хотела облегчить нам поход! — воскликнул Техаванка.

— Это действительно хорошая девушка, хоть и чиппева! — сказал Ша'па. — Дым, поднимающийся из расселины, издалека не увидят. На камнях я нашел рыбу, выброшенную водой. Поедим, и в дорогу.

— Ты мужественно вел себя, — похвалил друга Техаванка. — Без травм доплыл до берега, да еще сохранил доспехи, которые облегчат нам задачу в поселке скиди!

— Это не моя заслуга, — скромно ответил Ша'па. — Тебе помогают добрые духи.

Техаванка сел у костра и молча посмотрел на реку. Огромная старая верба по-прежнему неподвижно торчала среди валунов. Вдвоем они не смогут столкнуть ее в воду. Теперь придется идти пешком. С утренним гомоном птиц с юга доносился сильный шум реки. Это Большая Сиу соединяла свои воды с Миссури.

— Ешь! — сказал Ша'па, протягивая другу половину печеной рыбы. — Костер не должен гореть долго. Надо быть осторожными!

— Верно! — согласился Техаванка. — Пауни могут быть где-то поблизости. Это уже их территория.

— Нельзя забывать и о предостережениях Черного Волка. Помнишь, что он говорил о судьбе пленных пауни? — продолжал Ша'па. — Может, совет старейшин скиди и предложит нам вступить в их племя, но ни один из нас не согласится стать пауни.

— Никогда! Смерть пауни! — воскликнул Техаванка.

— Если мы попадем в плен, — говорил далее Ша'па, — совет старейшин наверняка отдаст нас в руки Общества Одиноких Женщин и Вдов 102 . Я вижу мстительно пытающих нас женщин пауни, одетых в жалкие оперенья из листьев кукурузы и вооруженных тростниковыми копьями и луками, сделанными из палок!

— Перестань, Ша'па, — перебил его Техаванка. — Я прекрасно помню все советы Черного Волка. И знаю, что мы должны быть очень внимательны. Это земли пауни. Мы поступим благоразумно, если сразу отправимся к ним. Случайно встретившись с нами, они в первую минуту могут принять нас за своих. Здесь, под откосом мы можем спрятать свои вещи. Не будем терять время!

Друзья, погасили костер и старательно уничтожили следы стоянки. Потом помогали друг другу красить тела. Любимыми цветами пауни были красный, желтый и белый. Черной краской они пользовались только в сражениях. Поэтому молодые вахпекуты натерли лица красной краской, а плечи и руки покрыли красными и желтыми полосами. Затем занялись прическами. Воины скиди чаще всего брили головы, оставляя на темени длинную полосу волос, которой потом придавали жесткость, смазывая ее жиром. Остальные мужчины делали это реже. Поэтому Техаванка и Ша'па ограничились тем, что расплели косы и расчесали волосы, которые теперь свободно лежали на их плечах и спинах. После того, как были надеты взятые у убитых пауни набедренные повязки, штаны, украшенные кисточками человеческих волос, мокасины и ожерелья, друзья улыбнулись друг другу.