Флоров кивнул на окно, и женщине показалось, что заглядывающая в него луна походит на чье-то зловеще улыбающееся лицо.

— Смотри, там внизу взрыв! — воскликнул Хенсон.

— Где внизу? — из «прогрессовского» люка показалась круглая как тыква и лоснящаяся от пота голова Муслимова, уже битых три часа пытавшегося найти неисправность в компьютере.

На лице Хенсона возникло удовлетворение. Командир искал совсем не в том звене.

— На северо-западе. В кратере Коперника. Чуть левее Залива Зноя.

Космонавты приникли к иллюминатору. Было такое ощущение, что в склон крупнейшего кратера Луны попала ракета «Минитмен». Над кратером повисло облако пыли, не спешащее оседать в безвоздушном пространстве с гравитацией, пониженной в 6 раз по сравнению с Землей.

После увиденного Муслимов быстро поплыл внутрь станции.

— Ты куда? — удивился Хенсон.

— В бортжурнал записать надо, — рассудительно и спокойно, будто не произошло ничего из ряда вон выходящего, сказал командир.

Муслимов взял журнал и записал о происшествии, аккуратно указав время, после чего вернулся к "прогрессу".

— Ты чего? — не понял Хенсон.

— Работать надо, — сказал Муслимов. — Машину чинить.

— Тут такое происходит! — возмутился Хенсон, он взял свой «кодак» и стал нащелкивать снимок за снимком.

Он увидел на объективе крупную влажную руку, сразу оставившую потный след на линзе. Муслимов мягко отобрал фотоаппарат и небрежно сунул его в необъятный карман.

— Осторожно, вещь дорогая, тысячу долларов стоит! — возмутился Хенсон.

— Будешь лентяйничать — в окошко его выброшу, — буркнул Муслимов.

"Идиот!" — выругался Хенсон. Командир с самого начала называл иллюминатор окошком. "А ведь выбросит", — подумал американец и, решив не искушать судьбу, стал подсвечивать Муслимову в темном люке.

Что-то Хенсон намудрил с компьютером, сам не желая того, и в процессе спонтанного вращения станции, приобретенного вследствие аварийного отключения гетеродина, Луна вышла из зоны видимости, и космонавты не увидели самого главного.

Покрывающий Луну реголит — разнозернистый обломочно-пылевой слой толщиной от нескольких метров до нескольких десятков метров, пришел в движение на огромных площадях. К фонтанирующему Копернику присоединились остальные кратеры, и всю поверхность Луны затянула непроницаемой пылевой завесой.

В космос полетели обломки реголита и скальных пород. Казалось, все это сдувает с поверхности мощный космический ветер, но на самом деле все это были видимыми последствиями первого мощного рывка, кардинальным образом меняющего орбиту. За Луной вытянулся многотысячекилометровый вихревой шлейф, и она начала движение к Земле.

Астрономы давно считали Луну планетой, а Землю вкупе с Луной-системой из двух планет, в Солнечной системе более не встречающейся нигде.

Диаметр Луны был меньше земного всего лишь в шесть раз, масса — в десять, то есть по астрономическим понятиям обе планеты являлись планетами одного порядка.

Когда Луна изменила орбиту, первыми прореагировали военные.

Бронированный монстр, увешанный радарами и тепловыми датчиками и доселе мирно дремавший на дальней орбите, мгновенно оживился и подал сигнал в ЦУП о нестабильной орбите ближайшей соседки. Спутник был русским, дело в том, что Луна начала сближение с Землей со стороны Восточного полушария.

Полученная информация по началу ажиотажа не вызвала, ее посчитали за сбой в системе. Возраст Луны насчитывал порядка 4,5 миллиарда лет, и последние сто лет наблюдения орбита ее показывала стабильность. Но потом пошли сигналы с обсерваторий, и маховик служебного рвения закрутился.

Сигнал был немедленно передан дежурному офицеру в Генеральный штаб, он сразу связался с министром обороны, а уже тот поднял трубку правительственной связи.

Президент России спал на даче в Барвихе. Звонок телефона, не имевшего ни одной кнопки, украшенного государственным гербом и стоявшего у изголовья супружеской кровати разбудил обоих супругов.

— Что случилось? — спросил Владимир Владимирович Рубин, сняв трубку.

Извинившись за внеурочный звонок, маршал сообщил главную новость:

— Луна меняет свою орбиту!

— Сообщите астрономам! Вы что из-за этого меня разбудили? — возмутился Рубин.

— Дело касается государственной безопасности. Орбита Луны кардинально изменена.

Если ничего не предпринять…

— То что? — поторопил Рубин.

— Аналитики утверждают, что по самым оптимистическим подсчетам, Луна войдет в контакт с земной атмосферой через 14–16 дней. Катастрофа неминуема, потому что гравитационный удар достигнет нас еще раньше. Океанские волны высотой несколько сот метров, разломы земной коры.