Джерри взглянула на Дронго, потом - на Мориса Леру. И ничего не ответила дочери.

– Я спустилась вниз, - продолжала Клэр, - дверь на кухне была открыта. Я вышла и пришла сюда, к морю. Взяла полотенце, чтобы искупаться. Ты мне рассказывала, что в молодости купалась в море по ночам, закаляя свой характер. Вот я и решила попробовать.

– Я купалась в тропических морях, - улыбнулась Джерри, - а здесь по ночам море холодное.

– Ничего. Ты ведь знаешь, как хорошо я плаваю. А кто убил Джессику?

– Не знаю, - растерялась мать. - Вот мистер Леру был там. И мистер Дронго тоже.

– Странно, - вслух сказала Клэр, - сейчас, наверно, все будут переживать. И Берндт, и Томас, и лорд Столлер...

– Хватит, Клэр, - резко перебила ее мать, - твои фантазии иногда заводят тебя слишком далеко. Мне это совсем не нравится.

– Это не фантазии, - упрямо возразила дочь.

– Клэр, - снова перебила ее мать, - будь добра, попридержи язык. Я миллион раз тебе говорила, что нельзя вести себя подобным образом.

– Я только хотела сказать про наше вчерашнее приключение...

– Больше не желаю тебя слушать.

Джерри повернулась и пошла к дому. Леру, чуть подумав, побежал за ней, очевидно, пытаясь успокоить женщину. Дронго остался рядом с Клэр. Они медленно шли к дому.

– Что вы имели в виду? - спросил Дронго. - Почему вы считаете, что здесь все лицемеры?

– А вы не такой? - вызывающе нагло спросила Клэр. - Думаете, вы святой, а остальные подлецы? Все вы одинаковы.

– Мне жаль, что у такой молодой девушки такое превратное впечатление о людях, в том числе о мужчинах.

– Какие мужчины? - презрительно сморщила носик Клэр. - Мужчин не осталось. Только двуногие самцы. И джентльменов давно не осталось. Перевелись. Сейчас остались только граждане. Налогоплательщики и выборщики.

– Не уверен, что ваши слова можно применить ко всем мужчинам нашей небольшой колонии.

– Ко всем, - отвернулась она. - Думаете, я не замечаю, как вы все смотрите на мою мать? Каждый из вас норовит оказаться в ее постели. Думаете, я ничего не знаю? Вам ведь все равно, Джерри или Джессика. Лишь бы рядом была женщина.

– Мне не все равно, - ответил Дронго. - И я никогда не руководствовался примитивной психологией животного.

– Вы не лучше других, - отмахнулась Клэр. - Думаете, я не знаю, куда ходила Джерри? Она прошла прямо к вашей комнате. Я видела, как она шла по коридору. Я все видела.

– Вы можете не поверить, Клэр, но между мной и вашей матерью ничего не было. Уверяю вас, что мы просто разговаривали.

– Только не говорите мне, что вы к ней равнодушны.

– Не скажу. Ваша мать красивая женщина. Но между нами действительно ничего не было.

– Не было, - она вдруг остановилась. Взглянула ему в глаза. - Поцелуйте меня, - неожиданно потребовала Клэр. - Чего вы ждете? Я разрешаю.

– Этого мало, - усмехнулся Дронго.

– В каком смысле - мало? Вы хотите со мной переспать?

– Боюсь, что ваши манеры больше подходят для азиатского базара, пробормотал Дронго. - Я имел в виду, что не целую женщин по их желанию.

– Как это не целуете?

– Для этого она должна понравиться мне как минимум настолько, чтобы я захотел ее поцеловать.

– А я вам не нравлюсь?

– Нравитесь. Но этого недостаточно. И поэтому не нужно заниматься глупостями. Идемте быстрее к дому, вы замерзнете.

Они поспешили к дому и, войдя на кухню, обнаружили там терпеливо поджидающих их Джерри и Мориса Леру. Несмотря на три часа ночи, на кухне хозяйничала Илена, очевидно, спустившаяся сюда из своей комнаты.

– Тебе нужно выпить горячего кофе с молоком и лечь в постель, приказала Джерри, - я пойду в гостиную и посмотрю, как там дела. Берндту очень плохо. Он бедняга так страдает. Морис, пойдем со мной. Может, мы вместе успокоим его.

Когда они вышли, Клэр фыркнула от возмущения.

– Жаль Джессику. Но они напрасно так убиваются.

– Почему?

– Она никогда не любила Берндта, - нагло заявила Клэр.

Илена протянула ей кружку горячего кофе с молоком. Клэр взяла кружку и обхватила ее ладонями, согревая обе руки.

– Она его не любила, - упрямо повторила Клэр.

– С чего вы взяли? - поинтересовался Дронго.

На кухне было тепло и уютно. Присутствие Илены придавало смысл и начищенной до блеска посуде, и сверкающим белым кухонным полкам.