Он услышал тяжелые шаги и поднялся. В гостиную вошли Томас и Леру. Они несли тело Джессики. Опустив его на пол, Томас выпрямился и взглянул на Дронго. Видимо, он тоже понял, каким именно образом погибла жена его брата. Лицо у него было серого цвета. Может быть, убийца - другой человек? Но тогда, кто и зачем убил Джессику?

– Нам нужно проверить всех, кто был в доме, - устало сказал Леру, прямо сейчас.

– Да, - согласился Томас. Выражение его лица оставалось чудовищно спокойным. - Нужно проверить каждого.

Дронго молчал. Он понимал, что убитую нельзя было трогать. Они затоптали все следы, и, если это сделал Томас Хаузер, то у него отныне появилось идеальное алиби. Но если убийца не он, то и тогда все объяснимо. Ведь он мог быть настолько потрясен убийством Джессики, что не стал думать о таких мелочах, как следы вокруг убитой. И принес труп женщины в дом, чтобы не оставлять его у бассейна. В любом случае лучше ничего не говорить. Он посмотрел на обувь обоих мужчин - она была грязной.

– Мистер Леру, - неожиданно спросил Дронго, - какой у вас размер ноги?

– Сорок шестой.

– А у вас, мистер Хаузер?

– Вообще-то, сорок четвертый. Но мы с братом часто надеваем и сорок пятый. А почему вы спрашиваете?

– У вашего брата тоже такой размер ноги?

– Конечно, - кивнул Томас. - Не представляю, как ему рассказать о случившемся.

– Мы должны проверить всех, кто остался в доме, - в который раз повторил Леру.

– Пойдемте, - согласился Томас. - Но я закрою все входные двери. Чтобы никто больше не мог войти в дом.

Когда он прошел в холл, Леру немного виновато взглянул на Дронго.

– Только не говорите, что ее нельзя было трогать, - сказал он сквозь зубы, - у меня не было другого выхода. Мы не могли ее там оставить.

Дронго пожал плечами. Если это сделал Леру, у него тоже появилось неплохое алиби. И ничего нельзя было сказать. Возражать в таких случаях бессмысленно.

Они слышали, как Томас Хаузер закрывал двери. Первая дверь соединяла небольшую комнату с гостиной, откуда вела дорожка к бассейну. Парадный вход вел через холл в гостиную. Томас тщательно запер обе двери, вернулся и достал пистолет.

– Пошли, - сказал он решительно.

Втроем они поднялись по лестнице и постучали в комнату югославов. В ответ послышался настоящий вопль женщины.

– Дадут мне наконец заснуть в этом доме или нет?

– Извините нас, миссис Порубович. Нам нужен ваш муж, - твердо сказал Томас, стоя перед закрытой дверью.

В ответ они снова услышали недовольный голос госпожи Порубович. Но через минуту ее супруг все-таки открыл дверь.

– Извините нас, - сказал Митар, - Плема страдает бессонницей и приняла снотворное.

– Можно посмотреть на вашу жену? - неожиданно спросил Томас Хаузер.

– Как это - посмотреть? - заупрямился Порубович. - Она уже в постели.

– Мы должны в этом убедиться, - твердо сказал хозяин виллы.

Порубович озадаченно взглянул на него. Он хотел еще что-то сказать или спросить, но посторонился, давая возможность непрошеным гостям войти в их комнату.

– Плема, - негромко произнес он, - к нам гости.

– Какие гости? - разозлилась женщина. - Зачем ты разрешил им войти? Сначала ты бегаешь туда-сюда, не даешь мне спокойно заснуть, потом врываются посторонние. Это не дом, а какой-то бардак.

Она не успела договорить, как увидела вошедших в комнату людей, и натянула одеяло до подбородка.

– Извините, - сказал Томас Хаузер, - мы не хотели вас пугать. Простите нас, миссис Порубович.

Они вышли из комнаты. Напротив была комната семьи лорда Столлера. Томас замер перед дверью, оглянулся на остальных.

– Мы уже сегодня сюда заходили, - несколько нерешительно сказал он. Может, не стоит их беспокоить?

– Стучите, - строго произнес Морис Леру, - не должно быть никаких исключений. После убийства Джессики на острове остались восемь человек. Если не считать нас троих. И мы обязаны проверить каждого из них. Стучите, Томас, иначе потом мы будем подозревать лорда Столлера или его жену.

Томас Хаузер поднял руку и осторожно постучал. Никакого ответа. Он постучал сильнее. Оглянулся на остальных мужчин. И осторожно открыл дверь.

– Войдите, - услышали они наконец голос лорда Столлера.

Войдя в комнату, они обнаружили лежавшего в постели сэра Александра.

– Извините, - улыбнулся он бескровными губами, - кажется, мне стало немного лучше. Но я все еще не могу вставать. Слабость во всем теле.

– Я вас понимаю, сэр Александр, - кивнул Томас, - представляю ваше состояние.