– Только не по субботам, а по пятницам, - улыбнувшись, поправила его Инес Столлер.

– Да, - согласился Леру, - я столько раз купался в этих бассейнах, что должен был запомнить. Совершенно фантастическое зрелище. Думаю, вам так понравится, что вы захотите остаться еще на несколько дней.

– Возможно, - вежливо сказал Дронго.

Они выпили еще по бокалу вина, и, захватив апельсин, он вышел на палубу. Приятный морской ветер освежал лицо. В Греции лучше проводить время на море, чем на суше. Яхта была большая, с четырьмя каютами и большой кают-компанией, в которой запросто могли разместиться человек десять-пятнадцать. Дронго прошел к рубке. Фатос стоял, неподвижно глядя перед собой. Он даже не повернул головы, когда услышал шаги за спиной.

– Ты из Албании? - неожиданно спросил по-турецки Дронго.

Фастос вздрогнул. Повернул голову, он взглянул на незнакомца.

– Вы знаете турецкий? - спросил он.

– Да, - кивнул Дронго. - Ты не ответил на мой вопрос.

– Мы из Албании, - кивнул Фатос, - наша семья жила на юге у моря. Когда началась война, мы бежали в Грецию. Сейчас я здесь.

– Давно работаешь у Хаузера?

– Четыре года.

– Нравится?

Фатос еще раз взглянул на незнакомца. Очевидно, еще никто не задавал ему подобных вопросов.

– Да, - сдержанно сказал он.

Дронго вышел из рубки. На палубе стоял Леру. Он смотрел куда-то в сторону архипелага. Было начало мая, и солнце заходило за горы, освещая море и небольшие острова, раскинувшиеся на их пути. Здесь были почти библейские места.

– Красиво, - задумчиво сказал Леру.

– Очень, - согласился Дронго. - Они давно женаты?

– Вы о ком? - обернулся к нему француз. - Ах, о нашем лорде. Это уже третья жена Александра Столлера, и, думаю, не последняя. Он любит женщин, и они отвечают ему взаимностью.

– Я это уже понял.

– Они женаты шесть лет. Познакомились, когда Инес была ведущей телевизионных передач. Тогда она выглядела совсем неплохо. Она бывшая спортсменка, занималась горнолыжным спортом. Но пятьдесят два года - это уже предел. Она держится как может, но иногда срывается...

– А вы сами женаты?

– Нет, - вздохнул Леру, - так все глупо получилось. Сначала думал о карьере, потом помогал отцу в нашей фирме. Работал в Турции, Греции, на Ближнем Востоке. Бизнесмен из меня никудышный. Есть такая турецкая поговорка, которую я часто вспоминаю. Если в двадцать лет у тебя нет ума, то его не будет никогда. Если в тридцать у тебя нет жены, то ее не будет никогда. Если в сорок у тебя нет денег, то их не будет никогда. В сорок пять я понял, что ничего уже не могу сделать. И устроился на дипломатическую службу. Как раз принимали до сорока пяти. Я с трудом успел. Послом мне уже никогда не быть, но до консула дослужился.

– А где вы познакомились с Джерри Хаузер?

– В Турции. В древней Каппадокии. Там есть удивительно красивые места. Вы знаете, она очень интересный человек. Глубокий, начитанный. Но как часто бывает, такие качества уживаются с нетерпимым характером. Она бывает слишком прямолинейна, слишком смела. Часто наживает себе врагов. Мы познакомились, когда она была еще Джерри Макдауэлл. Потрясающая женщина, я всегда ею восхищался. Вы бы видели, как охотно турецкие мужчины охотно выполняли ее приказы.

– А Томас Хаузер так же охотно выполняет ее приказы? - поинтересовался Дронго.

Француз замолчал. Он ничего не говорил целую минуту, словно размышляя, что ему ответить.

– Не думаю, - сказал он наконец, - не думаю, что он ей подчиняется. Не тот человек.

– Тогда им достаточно трудно.

– Трудно, - согласился Леру, - но интересно. Два таких характера. Томас очень похож на брата. Не только внешне, но и внутренне, как могут быть похожи близнецы. Говорят, что все решения они принимают вместе. И когда Томас решил жениться, Берндт посоветовал ему не тянуть. И сам женился через три месяца на Джессике. Кстати, она действительно похожа на Джерри. Очень похожа, будто они родные сестры. Хотя, конечно, Джерри постарше и поопытнее. И у нее уже был первый, неудачный, брак. Кстати, на острове будет и ее дочь. Она уже взрослая. Ей семнадцать.

– Вы не замерзли? - крикнул им Столлер. - Возвращайтесь обратно - у нас есть хороший сыр. Его хватит, чтобы продержаться до острова. Черт бы побрал братьев Хаузеров! Вечно из-за своей экстравагантности они мучают гостей.

– Ты прекрасно знаешь, что у них всегда есть стюарды, - раздался резкий голос Инес, - но они слушают Джерри, и им хочется выглядеть экстравагантными.

– Хватит, Инес, - перебил ее муж, - мне надоели твои намеки. Всякой ревности есть предел.

– И моему терпению тоже, - тихо прошипела Инес, но Дронго ее услышал.

Они вернулись с Морисом Леру и оставшуюся часть пути просидели вместе с Александром Столлером. Лорд шутил, рассказывал анекдоты. Под конец даже Инес расхохоталась над особенно сальными шутками своего мужа. Через три часа Фатос крикнул, что они уже причаливают. И сразу с берега раздался громкий женский крик, приветствующий гостей.

Глава вторая

На берегу стояла женщина в легком светлом платье. Длинные рыжие волосы спадали на плечи. Скуластое лицо, большие карие глаза, чувственный рот, высокая грудь, красивые длинные ноги - таков был облик знаменитой Джерри Хаузер. Дронго невольно залюбовался женщиной. Он заметил, как изменился Фатос: при взгляде на хозяйку у него заблестели глаза.