– Разрядил? – с опаской спросил Оззи.

– Да, – тяжело дыша, ответил задержанный.

Став рядом с ним на колени, Оззи забрал будильник и провода, но не прикоснулся к динамиту.

– Где твои дружки?

Никакого ответа.

Оззи снял с пояса дубинку и придвинулся поближе.

– Сейчас я начну ломать тебе ребра – по одному. Будет лучше, если ты начнешь говорить. Так где же твои приятели?

– Поцелуй меня в задницу.

Оззи поднялся и бросил быстрый взгляд вокруг – не на Джейка и полицейских, а на соседние дома. Не увидя никого, он занес над головой дубинку. Левая рука мужчины на наручниках свисала с металлической трубы. Дубинка попала точно в левую подмышку. Человек вскрикнул и дернулся. Джейку стало его почти жалко.

– Где они? Нет ответа.

Чтобы не видеть второго удара, Джейк отвернулся в сторону.

– Где?

Молчание.

Оззи вновь поднял дубинку.

– Стойте... пожалуйста, остановитесь, – умоляющим голосом произнес человек.

– Так где же они?

– Вниз по улице. В паре кварталов отсюда.

– Сколько их там?

– Один.

– Что за машина?

– Пикап. Красный «джи-эм-си».

– Вызывайте патрульных, – приказал Оззи.

Джейк в гараже с нетерпением дожидался возвращения жены. Она подъехала в четверть третьего.

– Ханна спит? – спросил Джейк, открывая дверцу.

– Да.

– Хорошо. Пусть продолжает спать. Мы уедем отсюда через несколько минут.

– Куда мы отправимся?

– Обсудим это в доме.

Наливая кофе, Джейк пытался выглядеть абсолютно спокойным. Карла была напугана, ее дрожь и злость мешали ему сохранять невозмутимость. Он рассказал жене о бомбе, описал задержанного мужчину и объяснил, что Оззи в настоящий момент пытается поймать его сообщника.

– Я хочу, чтобы вы с Ханной отправились в Уилмингтон и оставались там с твоими родителями до окончания суда.

Уставившись на чашку с кофе, она не произнесла ни слова.

– Я уже позвонил твоему отцу и объяснил, что у нас произошло. Они тоже напуганы, они настаивают на том, чтобы ты жила у них, пока все это не кончится.

– А если мне не хочется уезжать?

– Прошу тебя. Карла. Как ты можешь спорить в такое время?

– А что будет с тобой?

– Со мной все в порядке. Оззи приставит ко мне телохранителя, и за домом они будут следить круглые сутки. Иногда стану ночевать в офисе. Со мной ничего не случится, обещаю.

Ее это, похоже, не очень-то убеждало.

– Послушай, Карла, голова у меня сейчас занята тысячей проблем. Мой клиент может попасть в газовую камеру, а до суда всего десять дней. Не могу же я отказаться от него! До двадцать второго я день и ночь буду в работе, а уж когда начнется процесс, ты в любом случае не смогла бы меня видеть. В данное время больше всего мне необходимо сознавать, что вы с Ханной в безопасности. Пожалуйста, поезжай.

– Они собирались убить нас, Джейк. Они пытались нас убить.

Спорить с этим было невозможно.

– Ты обещал отойти от дела, если опасность станет реальной.

– Об этом не может быть и речи. Нуз не разрешит мне – до суда почти ничего не осталось.

– У меня ощущение, что ты лгал мне.

– Неправда. По-моему, я просто недооценил опасность, но теперь слишком поздно.

Она прошла в спальню и начала собирать вещи.

– Вылет из Мемфиса в шесть тридцать утра. Отец встретит тебя в аэропорту Рэйли в половине десятого.

– Да, сэр.

Через четверть часа они выехали из Клэнтона. Джейк сидел за рулем. Карла даже не смотрела на мужа. В пять утра они позавтракали в мемфисском аэропорту. Ханна была невыспавшейся, но пришла в восторг, узнав, что летит к деду и бабушке. Карла почти ничего не говорила. Она могла и хотела сказать многое, но, как правило, супруги не спорили в присутствии дочери. Поэтому Карла неторопливо завтракала, пила кофе и смотрела на погруженного в газету мужа. Будто и не случилось ничего.

Джейк расцеловал их на прощание и пообещал звонить каждый день. Самолет взлетел вовремя.

В половине восьмого Джейк был в кабинете шерифа. – Так кто это такой? – спросил он от двери.

– Ни малейшего представления. При нем ни бумажника, ни прав – ничего. А сам он молчит.

– Может, его кто-нибудь опознает?

На мгновение Оззи задумался.

– Видишь ли, Джейк, сейчас это сделать довольно трудно. Слишком много пластыря у него на лице.

– Рука у тебя тяжелая, – улыбнулся Джейк. – Ты шутить не любишь.

– Он сам меня вынудил. Да и твоих возражений я что-то не слышал.

– Нет, я хотел еще помочь тебе. А что там его дружок?

– Спал в красном «джи-эм-си», примерно в полумиле от твоего дома. Террел Грайст. Из местных. Живет неподалеку от озера. По-моему, он дружен с семейством Коббов.

Джейк повторил имя несколько раз.

– Никогда о нем не слышал. Где он сейчас?

– В клинике. В той же палате, что и первый.

– Боже, Оззи, ты и ему переломал ноги?

– Джейк, друг мой! Он оказал сопротивление при аресте. Мы были вынуждены утихомирить его. А потом нужно было провести допрос. Сотрудничать с нами он не хотел.