Через неделю после того, как его имя появилось в газете, Митч сидел в самом темном углу зальчика и поедал сосиски с острейшим соусом. Кроме него, в ресторане никого не было. Митч пролистывал папку с деловым предложением, а владелец ресторанчика, грек, сидел за кассой и дремал.

Вошедший с улицы прохожий остановился рядом со столом Митча и начал разворачивать пластинку жевательной резинки, стараясь произвести при этом как можно больше шума. Убедившись в том, что за ним никто не наблюдает, мужчина сделал еще один шаг и сел напротив Митча. Подняв голову, Митч посмотрел на незнакомца и положил документ рядом с чашкой ледяного чая.

– Я вам могу чем-то помочь? – спросил он. Сидящий перед ним человек бросил взгляд на посапывающего грека, на пустые столики, обернувшись, посмотрел на ту часть зала, что была у него за спиной.

– Вы – Макдир, так?

Его явный бруклинский акцент нельзя было спутать ни с каким иным. Митч внимательно рассматривал вошедшего. Лет сорока, с короткой армейской стрижкой и седой прядью, падавшей чуть не до бровей. Одет в темно-синий костюм-тройку, причем ткань процентов на девяносто была из синтетики, а галстук – дешевая подделка под шелк. Выглядело это вес не ахти, но аккуратно. Было в его облике что-то петушиное.

– Да. А вы кто?

Он сунул руку в карман и вытащил значок.

– Тарранс. Уэйн Тарранс, специальный агент ФБР.

Он чуть приподнял брови, ожидая, какая будет реакция.

– Присаживайтесь, – сказал ему Митч.

– Если вы не будете против.

– Хотите меня обыскать?

– Может быть, позже. Я просто хотел с вами встретиться. Прочел ваше имя в газете и узнал, что вы недавно пришли в фирму “Бендини, Ламберт энд Лок”.

– И чем это заинтересовало ФБР?

– Нас весьма интересует фирма.

У Митча пропал вдруг аппетит, он отодвинул от себя тарелку. Добавил сиропа в большой пластиковый стакан с чаем.

– Выпьете чего-нибудь?

– Нет, спасибо.

– Почему вас интересует фирма Бендини? Тарранс улыбнулся и посмотрел на дремлющего хозяина.

– Пока я вам этого сказать не могу. Наш интерес достаточно обоснован, но с вами я хотел говорить о другом. Я пришел сюда, чтобы найти и предупредить вас.

– Предупредить меня?

– Да. Предупредить вас о фирме.

– Слушаю вас.

– Есть три момента. Первое: не верьте никому. В фирме нет ни одного человека, которому вы могли бы доверять. Помните это. Позже это станет еще более важным. Второе. Каждое произносимое вами слово – дома, в кабинете или в любом другом помещении фирмы – записывается. Они могут прослушивать вас даже в вашей машине.

Митч ловил каждое слово, Таррансу это доставляло наслаждение.

– А третье?

– И третье: деньги не растут на деревьях.

– Могу я попросить вас развить эту тему?

– Не сейчас. Думаю, мы с вами сойдемся. Я хочу, чтобы вы верили мне, и я знаю, что должен завоевать ваше доверие. Поэтому мне нельзя спешить. Мы не можем встречаться в вашем или моем офисе и по телефону общаться тоже не можем. Так что время от времени я буду сам находить вас. Пока же запомните эти три вещи и будьте осторожны.

Тарранс поднялся и вытащил из кармана бумажник.

– Вот моя карточка. Домашний телефон на обороте. Звоните только из телефона-автомата.

Митч изучал карточку.

– Зачем я буду вам звонить?

– Пока нужды в этом нет, но карточку сохраните.

Митч опустил ее в нагрудный карман рубашки.

– И еще кое-что. Мы видели вас на похоронах Козински и Ходжа. Жаль, жаль. Их гибель не была случайной.

Он стоял, засунув руки в карманы, смотрел сверху вниз на Митча и улыбался.

– Не понимаю, – произнес Митч. Тарранс уже направлялся к двери.

– Звякните мне как-нибудь. Только осторожно. Помните, они слушают.

В начале пятого раздался автомобильный гудок, и Датч вскочил. Он выругался и вышел в свет фар.

– Черт побери, Митч. Четыре часа. Что ты тут делаешь?

– Извини, Датч. Не спится. Дурная ночь.

Ворота распахнулись.

До половины восьмого он успел наговорить на диктофон столько, что Нине хватило бы на два дня работы. Когда она сидела, уткнувшись носом в экран компьютера, она меньше ворчала. Ближайшей целью Митча было стать первым в фирме сотрудником, которому бы требовалась вторая секретарша.

В восемь часов он явился в кабинет Ламара и устроился ждать. Он сидел, листал контракты, пил кофе и говорил секретарше Ламара, чтобы та не обращала на него внимания. Куин пришел в восемь пятнадцать.