— До завтра! — говорила мисс Кампбель.

— До завтра, — вторили ей дяди. — У нас есть предчувствие, что… что «зеленый луч» покажется наконец.

И всякий раз оно ничем не оправдывалось.

Но вот 5 сентября погода с утра обещала быть великолепной. При первых лучах солнца утренний туман стал рассеиваться, и барометр, начавший подниматься еще накануне, остановился на «ясно». Можете вы себе представить, с каким волнением следили все в этот день за малейшей переменой погоды! Как бились сердца следивших за медленным движением солнца, и как обрадовались все, когда поднявшийся к вечеру ветерок оказался береговым: он не мог принести влажных испарений.

— Наконец-то мы увидим его, — сказал Сэм, когда все маленькое общество, за исключением молодого ученого, разместилось на скале у моря в ожидании солнечного захода.

— Да, мы увидим его! Я в этом уверен, — сказал Сиб.

— Тише, дядя. Молчите! — воскликнула мисс Кампбель.

Все примолкли и затаили дыхание, точно боясь, что солнце каждую минуту может скрыться из их глаз за каким-нибудь облачком, появившимся совершенно неожиданно.

Но облачка не было, и дневное светило опустилось за край горизонта, и от него осталась маленькая полоска; еще минута — и дивный луч появится, озарив всех своим райским зеленым светом.

Вдруг два оглушительных выстрела разнеслись в воздухе — и над скалами вместе с облаком дыма поднялась огромная стая птиц. Стая эта полетела как раз по тому направлению, где заходило солнце, и эта туча птиц заслонила совершенно от глаз наблюдателей и солнце, и его последний луч.

В это же время на одной из прибрежных скал показался Аристобюлюс Урсиклос; он стоял, держа в руках ружье, и следил за полетом птиц.

— Нет, это уж слишком! — воскликнули в один голос братья Сэм и Сиб.

Мисс Кампбель ничего не сказала, но гневно сверкнула глазами и крепко сжала губы. Еще раз по вине Аристобюлюса Урсиклоса она лишилась случая видеть долгожданный «зеленый луч».

На следующий день в шесть часов утра можно было видеть, как из гавани Айоны выходила хорошенькая яхта; она направлялась в открытое море. Яхта эта была «Клоринда»: она увозила мисс Кампбель, Оливера Синклера и братьев Мельвиль с их верными слугами. Аристобюлюса Урсиклоса, разумеется, не было на яхте. Вот как все это случилось. Придя домой после новой неудавшейся попытки увидеть «зеленый луч», мисс Кампбель сказала своим дядям тоном, не терпящим возражений:

— Дяди, так как мистер Аристобюлюс Урсиклос намерен жить на Айоне, то мы предоставим остров всецело в его распоряжение. Уже два раза он помешал нашим наблюдениям — в Обане и здесь. Мы ни одного дня не останемся дольше в том месте, где находится этот несносный человек.

На эти так решительно сказанные слова братья Мельвиль не нашли ничего возразить. К тому же они сами были очень недовольны молодым ученым и начали чувствовать к нему антипатию. Кроме того, о браке мисс Кампбель с ним нечего было теперь и думать: ученый слишком низко упал во мнении молодой девушки.

— Что же, необдуманно данное обещание не составляет неразрывных цепей, — сказал Сэм своему брату Сибу.

Это значило, что никто не может чувствовать себя бесповоротно связанным одним только обещанием, и Сиб на это чисто шотландское изречение одобрительно кивнул.

Когда все стали прощаться перед отходом ко сну, мисс Кампбель заявила:

— Мы завтра уезжаем. Я не останусь здесь больше ни одного дня.

— Хорошо, хорошо, дорогая Елена, — сказал Сэм Мельвиль. — Но куда же мы поедем?

— Что я слышу! — воскликнула мисс Кампбель с негодованием. — Не хотите ли вы этим сказать, что мы не будем иметь возможности с рассветом покинуть Айону? Неужели не найдется на берегах Шотландии пустынного уголка, где бы мы могли без помехи предаться нашим наблюдениям?

Братья Мельвиль не нашли бы что ответить на этот ребром поставленный вопрос; к счастью, их выручил из затруднительного положения Оливер Синклер.

— Мисс Кампбель, — сказал он, — все может быть улажено к общему благополучию, и вот каким образом: поблизости отсюда есть остров или, вернее, полуостров; он вполне пригоден для нашей цели. Никто там не помешает нашим наблюдениям.

— Что же это за остров?

— Стаффа, находящийся в двух милях от Айоны.

— Но можно ли на нем жить? — спросила мисс Кампбель.

— Можно, и даже очень удобно. Я видел в гавани несколько небольших яхт, которые всегда готовы выйти в море. Мы можем нанять одну из них, взять с собой провизии недели на две, так как на Стаффе ничего нельзя достать, и ехать туда завтра же на рассвете.

— Мистер Синклер, — сказала мягко мисс Кампбель, — если завтра утром мы покинем этот остров, верьте, я буду глубоко признательна вам.