— Ладно, Майк. — Она уже собралась вылезти из машины, но вдруг резко повернулась ко мне:

— Вы похожи на фанатика, Майк. И мне очень жаль и себя, и вас.

Ее губы были слишком близко. Слишком. Мои пальцы коснулись ее волос, внезапно уста наши сомкнулись. Я ощутил теплоту и нежность этих влажных, чуть подрагивающих губ, я упивался их сладостью, но сумел остановиться, пока страсть не овладела мной целиком. Она чуть заметно улыбнулась, дотронулась кончиками пальцев до моего лица и выбралась из машины.

Весь обратный путь до Манхэттена я ощущал чудесный вкус и влажную теплоту ее губ.

Гараж был забит до отказа, и я припарковался у тротуара. Боб Джилли уже поджидал меня.

— Как дела? — поинтересовался я.

— Да, Майк, — проговорил он, — ну и задал ты мне работенку!

— Ну?

— Все в порядке. Я проверил две дюжины вариантов, прежде чем выяснил, где сделаны эти головки. Этим занимается одна контора в Квинсе Об остальном механизме точно сказать не могу, но по-моему, его делали в Калифорнии или Чикаго.

— И что?

— Головки заказали по телефону, заказ оплатили через посыльного.

— Здорово!

— Хочешь, чтобы я покопал здесь еще?

— Не стоит, у этих ребят свои методы. Ну а что насчет машины?

— Это еще одна задачка... Она из Бронкса Парень, купивший ее, заявил, что хочет сделать сюрприз своему деловому партнеру. Платил он наличными. Продавец позволил ему взять чистые бланки всех документов с условием, что тот вернет их в магазин через пару дней. — Боб открыл ящик и достал конверт. — Вот эти документы, Майк. Они оформлены на тебя.

— А кто купил машину?

— Угадай...

— Смит? Джонс? Робинсон? Кто?

— О'Брайен. Кленси О'Брайен. Он посредник. Какой-то неприметный человечек. Никто толком не смог его описать. Ты же знаешь, бывает такой сорт людей.

— Знаю. Ладно, Боб, брось это все. Не так уж это все и важно.

— Что, Майк, дело плохо? — Он пристально посмотрел на меня.

— Может быть и хуже.

Я распрощался с ним и вышел на улицу. Кругом было полно народу. Люди забегали в магазины и торопливо выходили из них. Женщины везли в колясках детей.

Самый обыкновенный день, подумал я. Хороший день. Я уселся в машину и отправился домой. Полчаса ушло на то, чтобы добраться до места, еще полчаса — на то, чтобы перекусить в кафе на углу, после чего я вошел в дом и поднялся на свой этаж, нащупывая в кармане ключи.

В любой другой раз я бы обязательно их заметил. В любой другой раз снаружи было бы темно и моим глазам не пришлось бы привыкать к полумраку. В любой другой раз у меня был бы с собой пистолет и со мной не так-то просто было бы справиться. Но это произошло сейчас.

Они появились из разных концов коридора. Их было двое с длинноствольными пистолетами в руках. Я вошел в лифт и стоял, повернувшись к двери, пока мы спускались на первый этаж. Там мы вышли на улицу и направились к моей машине.

Тот, что был ростом пониже, обыскал меня и очень удивился, не найдя при мне игрушки. Ему это, кажется, не понравилось. Он пошарил под сиденьем, пока его приятель упирался дулом пистолета мне в спину, затем полез в машину.

В такой ситуации говорить не о чем. Ты просто ждешь и надеешься, что произойдет что-нибудь непредвиденное, хотя прекрасно знаешь, что любая случайность обернется против тебя. Ты утешаешь себя мыслью о том, что в тебя не станут стрелять среди бела дня, но все же не пытаешься убежать, потому что это Нью-Йорк. В Нью-Йорке каждую минуту что-то случается. Люди привыкли к этому и, услышав выстрелы или крики, даже не оборачиваются. А если человек валяется на тротуаре, какая разница — пьян он или мертв?

— Положи руки под себя, — приказал один из парней.

Я подчинился. Он достал из моего кармана ключи зажигания и завел мотор.

— Ты дурак, приятель, — ухмыльнулся он.

— А ну-ка, заткнись и быстро усаживайся за руль! — грубо оборвал его другой и, обращаясь ко мне, добавил:

— Надеюсь, тебе не надо ничего объяснять?

Ствол пистолета холодил мою шею.

— Не надо, — бросил я, — я все знаю.

— Тебе так только кажется.

Пот тек у меня по спине, а все внутренности словно сплелись в тугой узел. Руки мои устали, и я попытался вытащить их, но едва я шевельнулся, ствол пистолета ткнулся мне в ухо. По щеке побежала струйка крови.

Мы миновали Манхэттен, проехали туннель и выбрались на шоссе, ведущее к аэропорту. Парень за рулем отлично вел машину — мягко и уверенно.

Прямо над нами пророкотал заходящий на посадку самолет, и я решил, что мы направляемся в аэропорт. Но водитель вдруг резко свернул вправо, на какую-то пустынную улицу, и погнал вперед. — — Куда это мы едем? — поинтересовался я.