Миркат убежал, и тут послышался голос второго:

– С планеты стартует маленький летательный аппарат, сэр!
– крикнул Миркат.

Но не успели они прицелиться и выпустить плазму, как разведчик уже разогнался до сверхсветовой скорости и был таков. Тут же появился еще один. Крейсер с Орела выпустил огромный веер пламени и успел отрезать часть хвостового оперения разведчика, когда тот уже почти развил сверхсветовую скорость и, казалось, вот-вот улизнет.

Никто из нас не знает, каково это - летать на маленьком разведчике. Ускорение сжимает тебя будто тиски, вдавливает в кресло, и вот ты уже не можешь дышать, ничего толком не видишь и почти не соображаешь. А потом вдруг появляется ослепительное сияние, крутящаяся световая спираль, и ты оказываешься в какой-то другой вселенной, полной серых теней, от вида которых голова идет кругом. Спустя некоторое время (оно зависит от того, сколь дальний путь вам надо проделать в линейном пространстве) вы опять попадаете в нашу привычную вселенную и начинаете изумленно моргать, потому что расположение звезд уже совсем не такое, как раньше, а невдалеке плывут незнакомые планеты. Жуть, да и только!

Но то, что произошло с Уиллом Хоклайном, было неизмеримо хуже. За несколько секунд до разгона Маленький Джон N_5 завопил: "Прямое попадание!"

– Дело дрянь, - сказал Уилл Хоклайн, - но все равно будем продолжать обратный отсчет и стартовать, что бы там ни случилось!

В этот миг их закружила сверкающая спираль, и они оказались в сером мире. И тут - трах! бах! бух!
– что-то начало ломаться и разваливаться во внутренностях разведчика. Огни погасли, потом засияли, потом потускнели.

– Оцени ущерб!
– велел Уилл Хоклайн, и Маленький Джон тотчас огласил целый список повреждений - одно другого страшнее.

– Ты можешь найти Ионну?
– спросил Уилл. Больше всего он боялся за нее.

– Она на поверхности Орела!

– В плену!
– прошептал Уилл Хоклайн, и вдруг внутри поднялась волна какого-то неведомого ему доселе чувства.
– По крайней мере, она жива, полуутвердительно-полувопросительно добавил он.

– Она жива, - сказал Маленький Джон.
– Но с ней там что-то делают.

Да, с ней что-то делали. Она лежала под силовым лучом, и страшный свет озарял ее, пронизывая, казалось, насквозь. Над нею склонился один из членов Мозгоскопа. Не могу сказать вам, как он выглядел, потому что и мне этого никто не говорил. Знаю только, что он был неописуемо ужасен, а посему, даже знай я, какова его наружность, я все равно не стал бы рассказывать вам о ней.

Существо из Мозгоскопа сказало:

– Мы ввели в твою кровь вещество, которое тебя убьет, да не просто убьет, а убьет по-особенному. Есть противоядие, но через какое-то время оно уже не подействует, и ты очутишься в мире страшных видений, таких страшных, что сама возжелаешь смерти, лишь бы избавиться от них. Так что давай поспешим. Отвечай-ка быстренько на мои вопросы. Какое у тебя задание? Что за работы велись в вашем Центре Времени? С кем ты должна была выйти на связь, когда мы захватили твой корабль?

Вопросы, вопросы, вопросы...

Ионна лежала молча. Лишь однажды она произнесла:

– Маленький Джон N_12 был прав.

Никаких объяснений она дать не пожелала. Потому что, когда поисковый луч с Орела зацепят их корабль. Маленький Джон N_12 сказал ей - тихо, как обычно говорят все Маленькие Джоны:

– Вероятность побега ничтожно мала. Моя способность к сокрытию информации, которую они потребуют от меня и от нашего компьютерного банка, тоже ничтожно мала. Следовательно, есть лишь одна разумная линия поведения. Я счастлив, что был знаком с тобой, Ионна Веррет, - с этими слотами он улыбнулся ей и умер.

Потрясение и страх не помешали ей подумать о клонах, о том, каково это - быть клоном и жить среди клонов. Он был столь же реален, как и она сама, но смерть для Маленького Джона - нечто совсем другое, непохожее на смерть человека. Ведь всем Маленьким Джонам известно и доступно то, что знал, думал и чувствовал Маленький Джон N_12. Значит, в каком-то смысле он продолжает жить в каждом из своих собратьев, а это - уже нечто большее, чем просто память.

И теперь, когда она беспомощно лежала в пучке света, слова Маленького Джона N_12 продолжали звенеть у нее в ушах: "Есть лишь одна разумная линия поведения..." Она прикрыла глаза. Но Ионна не умела умирать так же, как клоны. Да и не знала - во всяком случае пока - хочется ли ей этого.

Жгучий свет. Вопросы, вопросы, вопросы. Они сыплются на нее, как капли дождя. И лицо существа из Мозгоскопа (если его можно назвать лицом) становится все больше и больше, заполняя собой всю комнату, весь мир, всю вселенную, окружающую этот мир; мокрые поры на коже превращаются в пещеры, и из них лезут ужасающие создания с острыми ядовитыми зубами, издающие звуки, которые вселяют еще больший страх, чем сам их облик, - звуки, похожие и на рык, и на вой, и на визг одновременно. А потом - новые страшные образы, какие-то громадные трясущиеся и дрожащие, как желе, твари, от которых оторопь берет. И шум, шум, шум!

Потом вдруг - мертвая тишина, настолько внезапная, что становится больно. И в тусклом мерцании света - Уилл Хоклайн. Он стоит и улыбается ей, и она - наконец-то!
– видит эту улыбку. Его взор прикован к ее глазам, его рука тянется к ней, потом он распахивает объятия и... Откуда-то снизу появляется копье из белого металла. Оно пронзает грудь Уилла, и его багровый наконечник выходит из головы юноши. На лице Уилла выражение изумления. Наконец-то Ионна нашла в себе силы закричать, но вокруг уже кромешная тьма, и девушка исчезает куда-то...