— Джо!

Завсегдатаи бара принялись оживленно переговариваться. Лео снова повернулся, прижал ладонь ко рту, подошел к нам и уставился на Вулфа. Я заметил, что на лбу у него выступил пот — еще одно серьезное нарушение. В ресторане, где подают голубей по пять или более баксов за штуку, метрдотели и официанты не имеют права потеть.

— Это правда? — прошептал Лео, все еще прикрывая рот ладонью. Казалось, он съежив вается на наших глазах — а он и так был не очень большим, не коротышка, но совсем узкий, только в плечах пошире. Он отнял руку от лица и произнес приглушенно: — Боже мой мистер Вулф, неужели это правда? Должно быть…

Кто-то схватил его за плечо сзади.

Вышибала Джо был специально обучен хватать. Годы, проведенные с Марко, отшлифовали его манеры, и он уже мало походил на профессионального борца, сохраняя, однако, весьма внушительные размеры и облик.

— Держи себя в руках, черт побери, — прорычал он. — Не желаете ли заказать столик, мистер Вулф? Марко здесь нет.

— Я знаю, что его нет. Он мертв. Я не…

— Пожалуйста, не говорите так громко. Пожалуйста. Так вы знаете, что он погиб?

— Да. Я видел его. Мне не нужен столик. Где Феликс?

— Феликс наверху в конторе с двумя полицейскими. Они пришли и сказали, что в Марко стреляли и… он убит. Феликс поручил нам с Лео присматривать здесь, а сам поднялся с ними наверх. Мы никому ничего не говорили, кроме Винсента. Феликс сказал, что Марко не понравилось бы, если бы ужин был испорчен. Меня просто тошнит, когда я смотрю, как они едят, пьют, смеются, но, может быть, Феликс прав — а лицо у него было такое, что лучше не спорить. Вы думаете, он прав? Лично я выставил бы всех и запер двери.

Вулф покачал головой:

— Нет. Феликс прав. Пусть едят. Я поднимусь. Идем, Арчи, — и он двинулся к лифту.

Третий этаж здания перестроили около года назад. В передней части сделали контору, а в задней — три кабинета. Вулф без стука открыл дверь конторы и вошел, я последовал за ним. Трое мужчин, сидевшие на стульях вокруг стола, обернулись. Феликс Мартин, хорошо сложенный, невысокий седовласый крепыш с бегающими черными глазами, встал и направился к нам. Остальные двое продолжали сидеть.

— Мистер Вулф, — заговорил Феликс. У него был удивительно низкий голос для человека его габаритов, даже когда вы к нему привыкали. — Случилось самое ужасное. Хуже не придумаешь. А ведь дела шли так хорошо!

Вулф кивнул ему и обратился к инспектору Кремеру.

— Узнали что-нибудь? — требовательно спросил он.

Кремер и бровью не повел. Его крупное круглое лицо всегда чуть краснело, а холодные серые глаза становились еще холоднее, когда он пытался держать себя в руках.

— Я знаю, — признался он, — что вы лично заинтересованы в этом деле. Я даже согласился с сержантом Стеббинсом, что мы должны принять это во внимание. Что ж, произошел как раз тот случай, когда я с радостью приму от вас любую помощь. Поэтому давайте обсудим все спокойно. Принеси стулья, Гудвин.

Для Вулфа я выбрал стул, стоявший за столом Марко, потому что он больше остальных соответствовал габаритам моего босса. Для себя я взял первый попавшийся. Я присоединился к обществу, когда Вулф повторил, крайне раздраженно:

— Узнали что-нибудь?

Кремер сдержался и на сей раз:

— Пока ничего важного. Убийство совершено всего два часа назад.

— Я знаю. — Вулф попробовал усесться на стуле поудобнее. — Вы, конечно, спросили Феликса, не знает ли он убийцу? — Он перевел взгляд на Мартина. — Знаешь, Феликс?

— Нет, сэр. Я просто не могу в это поверить.

— У тебя есть предположения?

— Нет, сэр.

— Где ты был начиная с семи часов?

— Я? — Феликс посмотрел на Вулфа. — Я находился здесь.

— Все время?

— Да, сэр.

— А где был Джо?

— Тоже здесь.

— Все время?

— Да, сэр.

— Ты уверен?

— Да, сэр.

— А Лео?

— Тоже здесь, никуда не отлучался. Где же еще мы можем быть во время ужина? Но когда Марко не пришел…

— Если вы не против, — вмешался Кремер, — я все это уже знаю. Мне не нужно…

— Мне нужно, — прервал его Вулф. — Я несу двойную ответственность, мистер Кремер. Я, безусловно, намерен приложить все силы к тому, чтобы убийца моего друга был пойман и привлечен к ответственности в кратчайший срок. Но на мне лежит еще и другое бремя. Как вы вскоре официально узнаете, согласно завещанию моего друга, я являюсь ad interim[Временно (лат.).] его душеприказчиком и опекуном имущества. Этот ресторан представляет единственную реальную ценность, и он был завещан шестерым из тех людей, которые здесь работают, причем наибольшая часть переходит к тем троим, о которых я уже спрашивал. Об условиях завещания они узнали год назад, когда в него внесли изменения. У мистера Вукчича не было близких родственников, да и вообще в этой стране никого нет.