Шрифт:
–Что ж, купил бы я вашу халупу, но уж больно стара.
– Ипредлагал за нее такие деньги, что ее владельцы усмехались и предпочитали оставаться на «вулкане».
Зашел он как-то к старой бабке. Бабка хитрой оказалась, притворялась глухой, а когда все-таки Лисовский дошел до предложения купить у нее дом, наотрез отказалась: «Ни за что не уступлю. Здеся родилася, здеся и помру. Ась?» Да еще натравила на него свою дикую козу.
И этот вариант не прошел. Ктому же бабкин погреб был в самой дальней части дома, и копать подземный ход пришлось бы под всем фундаментом. Ане хотелось…
И Лисовский продолжил поиски более подходящего объекта. Им оказался домик, соседний с бабкиным. Он подходил во всех отношениях. Особенно - в отношении подвала. Когда Лисовский (якобы для профилактического осмотра) спустился в него и услышал, как за тоненькой перегородкой шумит и пахнет родная канализация, он чуть не заплакал от восторга. Ктому же и проживали в этом доме какие-то простодушные лохи то ли из Курска, то ли из Твери.
Лисовский выбрался из подвала, помыл руки и сел пить чай, предложенный гостеприимными хозяевами.
–Неказистая хатка.
– Лисовский, прихлебывая чаек, обвел глазами ветхие стены, щелястый потолок, щербатый пол. Изавел старую песню:- Скоро на слом пойдет. Ивообще - на вулкане живете. Вот-вот под вами канализацию прорвет. Затопит вас. Ине водичкой, а кое-чем похуже. Съезжать вам надо, съезжать. Да поскорее.
–Некуда нам съезжать, - отвечали погрустневшие хозяева.
–Продайте вашу халупу, снимите квартирку, - доброжелательно посоветовал Лисовский.
–Да кто же ее купит?
–Я могу и купить, вместо дачи.
Эти слова сразу же насторожили хозяев. Дом неказистый, идет на слом, стоит на… вулкане. Аон хочет его купить. Что-то тут не то! Какая-то афера.
И хозяин решительно сказал:
–Нам нравится наш дом. Не станем мы его продавать. Отремонтируем.
–Ну-ну.
– Лисовский встал.
– Явас предупредил.
– Ив его голосе прозвучала непонятная угроза.
Глава VII
В «Курском» городе
Как я уже говорил, вся российская милиция приступила к розыскам родителей Феди Зайцева. И, возможно, эти розыски очень скоро увенчались бы успехом, если бы разыскивать пришлось только их. Папа сказал, что по всей стране числятся пропавшими без вести тысячи граждан. В том числе и дети. Поэтому рассчитывать на быстрый результат не приходится.
– Кстати, - добавил он, - я на днях еду в Курск, по своим делам. Заодно еще раз наведу там справки.
– Ой как в Курск хочется, - заныл Алешка.
– Больше, чем в Лондон. Это такой город! Там столько всяких…
– …диких обезьян, - ввернула мама.
А папа подумал и согласился:
– А почему бы нет? Я скорее всего поеду туда на выходные. На твоей учебе это не отразится.
На его учебе вообще ничего не отражается, подумал я, а вслух возмутился:
– А я? Посуду останусь мыть, да?
– Но нельзя же маму одну оставить, - возразил папа.
– Без мужчин в доме.
– Ничего, Дим, - успокоил меня Алешка.
– Я тебе за это что-нибудь привезу из Курска. Какой-нибудь сувенир побольше.
– Только не обезьяну, - сказала мама.
Потом мы немного посоветовались - не забрать ли с собой и Федора, не вернуть ли его бабушке? Все-таки родная ему старушка.
Но мама категорически воспротивилась:
– А что вы ей скажете? Что ее дети, родители Феденьки, исчезли неизвестно куда при невыясненных обстоятельствах? А если у нее сердце больное? Не выдумывайте!
– И она открыла дверь, позвала Федора и открытым текстом спросила: - Феденька, хочешь к бабушке, в Курск?
– Не-а, - ответил Федор.
– Я у ней погостил. Теперь у вас погощу.
И вопрос был решен.
Алешка начал усердно готовиться к поездке в славный город Курск. И накануне отъезда долго беседовал с Федей, вовсю используя папины методы. Или методы Шерлока Холмса.
Он усадил Федора за свой стол, дал ему чистую тетрадку и фломастеры, чтобы «ребенок чувствовал себя естественно и раскованно».
И начал его расспрашивать:
– Федь, а на какой улице живет твоя бабушка? Небось не знаешь?
– Знаю.
– Федя вовсю разрисовывал тетрадные листы.