— У меня есть деньги, — сказал он, вынимая из бумажника несколько банкнот.

Хельдер пристально посмотрел на Гольта. Он видел, как тот пересчитал деньги.

— О, Боже, — воскликнул Гольт и внезапно побледнел.

— Что с вами? — удивился Гринби.

— Ничего особенного, — ответил тот коротко и быстро вышел.

Гринби внимательно посмотрел ему вслед.

— Что тут произошло? — обратился он к Хельдеру.

— Ничего не понимаю, — пожал тот плечами. — Мне кажется, Гольт сошел с ума. Полчаса назад он упрекал меня в анархических взглядах…

— Почему вы скрыли от Гольта, что у вас есть американские доллары? — поинтересовался Гринби.

— Ах, совсем забыл! Впрочем, у меня нет охоты оказывать этому типу услугу, — добавил Хельдер ворчливо.

Гринби уже собирался выйти из комнаты, но Хельдер остановил его.

— Скажите, вы знакомы с Виллэ?

— Нет!

— И вы ничего не слышали о нем?

— Сейчас трудно вспомнить, но почему вы спрашиваете об этом?

Хельдер иронично хмыкнул.

— У меня нет особых причин приставать к вам с этим вопросом, но когда-нибудь в свободную минуту, я охотно поболтал бы с вами…

— О чем? — резко спросил Гринби.

— Так — о том, о сем…

Гринби медлил.

— На днях я зайду к вам в бюро, и мы сумеем поговорить обо всем, — произнес он наконец и вышел.

Покинув клуб, Гринби бесцельно бродил по соседнему парку. Было уже по-весеннему тепло. Нежно пахли нарциссы и крокусы…

В такой день грешно грустить, но Гринби было не до нарциссов. Его мысли были чернее тучи. В его мозгу рождался чудовищный план… Он должен избавиться от кошмара, что беспрестанно мучит его, и обрести, наконец, покой, к которому он так жадно стремился…

План этот был тонко, до мельчайших подробностей продуман. Случайности были исключены. Каждый день он просиживал один долгие часы в своей рабочей комнате, разрабатывая все детали. Он делал много пометок на бумаге, которую потом сжигал, когда заучивал записанное наизусть. Но в его плане недостаточно одного важного звена: в этом деле ему нужен был помощник. Гринби подумал было о Гольте, но тут же оставил эту мысль: вряд ли Гольт подходит для этой роли…

Забинтованная рука Гринби на черной шелковой перевязи, вызывала сочувственные взгляды прохожих. Это внимание посторонних людей раздражало его. Он думал о Хельдере, о других кандидатурах, но не мог ни на ком остановиться. Успех его плана всецело зависел от сообщника… Может быть — Хельдер? Этот человек за деньги способен на многое. Он торговал всегда не только собой, он готов в любой момент и продать кого угодно…

Гринби был так поглощен своими мыслями, что забыл о странном поведении Гольта. Теперь он снова вспомнил о нем… Из задумчивости его вывел чей-то голос. Его окликнули из проезжавшего автомобиля. Это был Гольт. Он остановил машину, расплатился с шофером и направился к Гринби.

— Я вышел следом за вами из клуба, но потерял из виду. Мне нужно с вами поговорить.

— Лучше всего поговорить в парке, там нам никто не помешает, — отозвался Гринби.

Завернув в ближайший переулок, они оказались в том самом парке, где недавно прогуливался Гринби.

— Я хочу быть откровенным с вами, — начал Гольт. — Вы, наверное, были удивлены моим поведением в клубе, когда я так вдруг оставил вас?

— Да, признаюсь, я удивился, — согласился Гринби.

— Мне нужно было срочно разыскать одного человека, чтобы подтвердить свои подозрения. И оказалось, я был прав, — заявил Гольт.

— О чем вы говорите? Я не понимаю…

Гольт остановился и внимательно посмотрел на Гринби.

— Две из пятидолларовых банкнот, которые вы мне одолжили, — фальшивые.

— Фальшивые?!

— Вот именно, — кивнул Гольт. — Тысячи их находятся в обращении… Но вы от кого их получили?

— Я разменял деньги одному человеку в отеле «Савой». Он приехал из Америки и нуждался в английской валюте. Кроме того, я часто встречаюсь с ним за обедом, — смущенно ответил Гринби.

— И это правда? — спросил Гольт. — Кто же этот человек? Вы можете назвать его имя?

Но Гринби уже вспомнил, каким образом фальшивые купюры оказались у него. Ведь он получил их от Хельдера!

— Так кто же этот человек? — продолжал допытываться Гольт.

— Это — Виллэ, — медленно произнес Гринби.

— Виллэ? Но недавно вы говорили, что не знаете этого господина…

— Я не думал, что человек, о котором вы говорили, может оказаться тем самым господином из отеля «Савой», — пояснил Гринби.

— Это все, что я хотел узнать у вас. Я найду этого Виллэ. Чувствую, что наживу себе массу неприятностей, когда решу этот ребус…

Попрощавшись с Гринби, Гольт сел в такси. Через двадцать минут он был уже в центре Сити. На Пектер-стрит он вышел и направился к старому деревянному строению. «Гарольд Виллэ, коммерческий агент» — гласила вывеска у входа. Поднявшись на третий этаж, он постучал в дверь, но никто не ответил ему. Нажав на ручку двери, он заметил, что та была закрыта на ключ.