Утром, через два дня после беседы Гвенды с лордом Мансаром, в доме на Бикли-сквер произошла следующая сцена…

Миссис Кренли сидела в своем будуаре, куря папироску, и задумчиво глядела на письмо, лежавшее у нее на коленях. Она была миниатюрной женщиной лет тридцати и являлась некоторым контрастом своему дородному, простоватому мужу, который сидел с ее братом на низком диване и раскладывал карты.

– Вы знакомы с Пальборо? – спросила она, поднимая глаза от письма.

Грегори Бойн, очень похожий на сестру, но более цветущий, наморщил лоб.

– Пальборо? Кажется, я что-то припоминаю… Да это маркиз из мелочной лавки, не так ли? О нем много говорили в клубе.

– Он нищий, – проворчал Кренли, тасуя карты. – А почему ты спрашиваешь, Лю?

– Мансар хочет, чтобы я пригласила его на наш танцевальный вечер в пятницу.

Бойн презрительно скривил рот.

– Нам такого сорта люди здесь не нужны. Это какой-то проходимец! Ты станешь посмешищем всего Лондона, Лю!

Она искоса взглянула на него, держа письмо в руке.

– Его персона может заинтересовать наших гостей, – размышляла она. – А это может придать вечеру большой шарм. И, кроме того… если я напишу Мансару, что не могу пригласить этого юношу, я плохо представляю себе, какое объяснение ему дам. Это не обед, где все места заранее распределены. Одним больше, одним меньше – на танцевальном вечере не имеет никакого значения…

– Напиши ему коротко и ясно, что мы не желаем видеть этого оборванца, – бросил ее брат, и она рассмеялась.

– Придет ли тогда Мансар? – усмехнулась она.

Бойн повернулся и взглянул на нее в упор.

– Я об этом не подумал. От Мансара нам не следует отказываться.

– Он сам также не захочет отказаться от нас, – вмешался Кренли. – Ты хорошо сумела его обработать, Лю. – Губы миссис Кренли сложились в очаровательную гримаску.

– Я думаю! Сколько он проиграл в прошлый раз, Боб?

– Семь тысяч, – ответил ее муж. – Это пустяки для него. Если бы я знал, что он такой азартный, он бы потерял больше. Нет, будь я на твоем месте, Лю, я бы написал ему маленькую любезную записочку и предложил ему привести своего маркиза. В этот вечер хорошо бы прокрутить большое дело. Мансар стоит миллион, если он вообще чего-нибудь стоит…

Таким образом, вопрос был решен утвердительно.

Но Чик воспринял новость безо всякого воодушевления.

– Это будет очень полезно вам, Чик, – убеждала его Гвенда. – Вы сможете познакомиться там с людьми вашего круга.

Они завтракали, когда пришло письмо от лорда Мансара с вложением пригласительного билета от миссис Кремли для Чика.

– Я не любитель званых вечеров, – признался Чик, падая духом, – но если вы хотите, чтобы я пошел, – что делать, – я пойду! Когда там сбор?

– В десять, – ответила Гвенда, взглянув на пригласительный билет. Чик нахмурился.

– В десять вечера? – переспросил он с недоумением. – Очень поздно. – Он подумал. – Я бы предпочел прийти на полчаса раньше. Это было бы более прилично.

– Вы пойдете на полчаса позднее, – решительно заявила Гвенда. – Вы умеете танцевать, Чик?

К ее удивлению он ответил утвердительно.

– Наш инструктор всегда настаивал, чтобы мы тренировали ноги, – разъяснил он ей, словно извиняясь. – Умение танцевать весьма полезно для боксера.

– И вы по-настоящему танцевали с настоящими дамами? – весело поинтересовалась Гвенда.

– Конечно. Я никогда не разглядывал их… Разговаривал с двумя-тремя…

Гвенда продолжала смеяться.

– Вы самый забавный человек в мире, Чик! – сказала она. – А как обстоит дело с одеждой?

– С одеждой? – переспросил Чик. – Разве мне придется переодеваться для этого?

– Конечно! Есть у вас фрак?

Но Чик не обладал таким великолепием.

В тот же день отправились по магазинам, торгующим готовым платьем. Оказалось, для Чика удивительно легко было найти подходящий размер, и хотя танцевальный вечер начинался только в десять, Чик уже вполне был одет к шести и в течение трех часов просидел дома с таким выражением, как будто его ожидала казнь. А очутившись перед домом Кренли и увидев великолепных лакеев, толпу шикарных леди и весьма элегантных джентльменов возле ярко освещенного подъезда, у него появилось сильнейшее желание бежать.

Он побродил около дома по тротуару, прикидывая, как поступить. Его волнение немного улеглось, когда лорд Мансар, выскочивший из подъехавшего автомобиля, схватил его под руку и увлек в дом. Прежде чем успел что-либо сообразить, Чик очутился перед нарядной леди и пожимал ее руку, унизанную драгоценностями.

– Рада с вами познакомиться, лорд Пальборо, – пропела она слащаво. – Я так много слышала о вас.

Чик открыл было рот для маленькой речи, выражавшей его благодарность за приглашение, но вовремя заметил, что миссис Кренли уже отвернулась от него, приветствуя другого гостя.