–  Думаете, я сама этого не знаю?
– крикнула Сериза.
– Дааны занимают Внутреннее Кольцо, квартал за кварталом. С минуты на минуту они будут здесь! Мне нужно поговорить с отцом! Он обещал, что будет здесь, если понадобится. Он обещал!
– Голос Серизы задрожал. Худенькая, плачущая, она казалась гораздо моложе своих лет. Часовые переглянулись.

–  Хорошо. Иди, но возвращайся скорее и спрячься где-нибудь, - сказал второй.

Сериза торопливо зашагала по коридору и повернула за угол. Прошла минута, другая. Куай-Гон терпеливо ждал. Он был уверен в девочке. Ей нужно время, чтобы обогнуть часовых и зайти с другой стороны.

Вдруг из коридора, со стороны, противоположной той, куда ушла Сериза, донесся грохот бластерных выстрелов. Двое часовые озабоченно переглянулись.

–  Дааны!
– в ужасе прошептал первый охранник.
– Девчонка говорила правду! Они напали!

Куай-Гон, обнажив световой меч, выскочил из дверей. Часовые не успели даже обернуться. Оби-Ван бежал рядом с учителем.

Увидев джедаев, охранники открыли пальбу из бластеров. Но было поздно. Оби-Ван и Куай-Гон, не замедляя шага, легко отражали выстрелы световыми мечами.

Двигаясь в слаженном ритме, они преодолели последние метры до охранников, потом взметнулись в воздух и ударили солдат ногами в грудь. Удар был так силен, что охранники отлетели назад и упали, выронив бластеры.

–  Прикрой меня, - велел Куай-Гон Оби-Вану, направился к двери и начал световым мечом разрубать замок. Но в этот миг стражники пришли в себя и схватились за пристегнутые к поясам электроразрядники.

Оби-Ван не стал ждать, пока они поднимутся на ноги. Он перескочил через них и встал так, что теперь для нападения им пришлось бы развернуться. Одним ударом ноги он выбил электроразрядник из рук первого охранника и ударил световым мечом второго. Тот взвыл от боли и выронил оружие.

–  Не двигаться, - предупредил их Оби-Ван, занеся над их головами световой меч.

Наконец замок подался, Куай-Гон толчком распахнул дверь и замер на пороге. Израненный вид Таллы поразил его в самое сердце. Он хорошо знал ее, они вместе проходили обучение в Храме. Она всегда была величественна, эта красивая статная женщина с планеты Ноори. В ее глазах сверкали золотистые и зеленые искорки, кожа была теплого темно-медового цвета.

Но теперь она страшно исхудала и осунулась. Нежную кожу лица уродовал белый шрам, тянувшийся от глаза до подбородка, другой глаз был заклеен пластырем.

–  Талла, - позвал ее Куай-Гон, стараясь не выдать дрожи в голосе.
– Это я, Куай-Гон.

–  А, пришел наконец меня спасти?
– тихо проговорила она с легкой насмешкой, которая всегда вызывала у него улыбку.
– Ну, как я выгляжу, старый друг? Хуже некуда?

И тут Куай-Гон понял, что она ничего не видит.

–  Ты красива, как всегда, - ответил он.
– Может, подождем с комплиментами? А то у меня руки заняты.

–  Слабовата я для борьбы, - призналась она.

–  Я тебя понесу.
– Куай-Гон подхватил Таллу на руки. Она была легка, как младенец.
– Сможешь держаться за мою шею?
– спросил он.

Она кивнула и крепче сомкнула руки.

–  Прошу тебя, унеси меня отсюда, - попросила она.
– В столовой у хаттов и то кормили лучше.

Но тут Куай-Гон услышал то, чего больше всего боялся: торопливую канонаду бластеров. На помощь часовым прибыло подкрепление. Оби-Вану грозит опасность. Времени не оставалось.

Он осторожно приблизился к двери и выглянул.

Из казармы вышло шестеро солдат. Притаившись в конце коридора, они палили в Оби-Вана. Мальчик широко распахнул дверь и спрятался за нею. Солдаты вернули оружие своим товарищам, сбитым Куай-Гоном с ног, и теперь к бою были готовы все восемь мелидийцев.

–  Что там стряслось?
– спросила Талла.

–  Их восемь, - ответил Куай-Гон.
– Не исключено, придет еще больше.

–  Для тебя - раз плюнуть, - слабым голосом произнесла Талла.

–  Именно это я и хотел сказать.

Выстрелы из бластеров разбивались о дверь, за которой укрылся Оби-Ван. Она была бронированная. Надо этим воспользоваться.

Куай-Гон широко распахнул дверь камеры Таллы, вышел, скрываясь за ней, и торопливо оценил обстановку. Пока что Оби-Ван сдерживал врага, время от времени отражая залпы лазерным мечом так, что они летели обратно в нападавших. Но вскоре они поймут, что у него нет бластера.

И тогда весь отряд ринется на него.

Куай-Гон переглянулся с Оби-Ваном. Пора идти в наступление. Но он не хотел подвергать опасности Таллу, она была так слаба, что не могла даже ходить. Трудное положение. Он не может ее оставить. Ему даже не хотелось выпускать ее из рук. Стоит расстаться с ней, и он не знал, сумеет ли найти ее опять.

–  Куай-Гон, оставь меня, - прошептала Талла.
– Хуже мне уже не будет. Я не хочу, чтобы ты тоже попал к ним в плен.

–  Может, поверишь в меня хоть капельку?
– ласково парировал Куай-Гон.