Прервав связь, Йоделл сказал, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Просто на случай чьего-то недоумения, я, вероятно, могу при опасности организовать для всех нас бегство в Холмы.

Ишкрин всплеснул руками.

– Мы живем в безумном мире, - сказал он.
– У нас здесь человек, не считающий происходящее здесь опасностью.

Когда Орло осторожно вышел вперед, офицер охраны на входе во дворец, побелел.

– Сэр, - сказал он, - у меня здесь написанный ордер от Мартина Лильгина. Он прибыл со специальным курьером четыре минуты назад. В нем говорится, что до дальнейших распоряжений никому не позволено покидать или входить в Коммуникационный городок.

Орло продолжал идти. Он сознавал присутствие позади дюжины супер-ученых, которые предпочли идти врассыпную.

Он сказал, четко выговаривая каждое слово:

– Этот ордер не установленной формы. И в любом случае, ко мне он неприменим, капитан. Точно так же он неприменим к любому, кому я своей властью позволю выйти отсюда. Я законный Член Президиума, заведующий Коммуникационным городком. Ты понимаешь, что я говорю?

– Но...
– запротестовал офицер, - ...у меня собственноручно написанный ордер Председателя Лильгина.

Они сейчас были лишь в нескольких футах друг от друга. Орло остановился и ухмыльнулся, демонстрируя все зубы.

– Капитан, почерк можно подделать. Мы должны действовать, руководствуясь только законной процедурой. Потому, я теперь приказываю тебе, чтобы ты и твои люди построились и шли впереди нас через ту часть дворца, которая ведет к двери главного выхода для сотрудников этой секции. у тебя тридцать секунд, чтобы мне повиноваться!

– Но...

– Шевелись!

Последовала долгая пауза. Потом капитан судорожно сглотнул. И отдал честь. После юноша повернулся к полу-дюжине подчиненных.

– Стройся!
– скомандовал он, пытаясь изобразить строгость.

Его неуверенность передалась по меньшей мере одному из тех нижестоящих типов. Пятеро мужчин повиновались. И шестой схватился за ружье, как другие. Однако, вместо того, чтобы вытянуться в струнку, он припал к земле. Поднял винтовку. Направил ее на Орло.

– Никто, - прорычал он, - не может приказать не повиноваться Хозяину. Я...

Он остановился, потому что...

Исчез.

Позади Орло ученые нарушили свой свободный строй и сошлись в кучку.

– Эй, - сказал Питер Ростен, - кто из вас сделал этого? Я всегда считал, что у меня весьма хорошая система. Но эта лучше.

Ответа не было.

Дюжина экспертов в разных науках просто поглядели друг на друга, а потом на Орло. Но никто не вышел вперед, чтобы принять почести.

Ишкрин прокомментировал:

– Похоже на то, что тот, кто вывел этого типа из уравнения, еще пока не гонится за славой.

Орло сказал:

– Как я понимаю, нашей важнейшей задачей является убедиться, что нас не подстрелят с балкона или какой-нибудь еще выгодной точки. Значит, нам надо разделить наши глаза. Вы двое...
– он указал, - ...наблюдаете за тылом. Двое за верхом, двое прямо впереди, двое слева, двое справа.

В каждом случае он указывал, какой человек для чего.

Ученые просто добродушно глазели на него. Никто не шевельнулся, чтобы повиноваться ему. Питер Ростен мягко сказал:

– Орло, не тревожься о таких вещах. Когда Хигенрот обнаружил, что можно заставить электричество двигаться от одной точки в пространстве до другой по более простому пути, чем в природе, стали решаемы многие проблемы пространственных взаимодействий. Полагаю, Лильгин боялсся обучать тебя слишком далеко продвинутому материалу. Но разумеется, то, что есть у нас, далеко выходит за рамки того, что есть там.

Чувства Орло были задеты.

– Слушайте, - сказал он.
– если вы, чудаки, всегда были в состоянии уйти из этой тюрьмы, почему вы давным-давно не ушли?

– Куда идти-то?
– спросил плотного сложения мужчина.
– В Лильгинленде нужно иметь разрешение быть тем, кто ты есть.

Это было правдой. И Орло немедленно устыдился своей вспышки, и жалящего чувства, вызвавшего ее.

– В истории было время, - сказал он, - когда люди могли искать убежища в церкви.

– Только не в Лильгинленде, - сказал кто-то.
– Не в подразделении Официальной Религии.

Орло сказал:

– Было время, когда человек мог найти политическое убежище в другой стране.

– Только не на земле Лильгинленда. Других стран нет.

– Вероятно, нам придется что-то с этим делать, - прокомментировал Орло, - на будущее.

На это никто не ответил. Мужчины, он понял, были возбуждены внутренностью дворца. Он вдруг понял, потрясненный, что эти великие люди никогда не были так далеко от Коммуникационного городка; фактически, вообще не были за его пределами.