Карр побледнел ещё больше.

– И все же, - еле ворочая языком, полюбопытствовал он, - в какой форме проявляется эта пресловутая последующая стадия способности чтения мыслей?

Лицо Деновича вдруг стало жестким, его худощавое тело подобралось и напряглось. Наклонившись вперед, он резко прервал их беседу:

– Меня глубоко возмущает проявленная в этом деле чрезмерная скрытность. Почему меня не поставили в известность сразу же после вашего прибытия на станцию? И вообще, по каким причинам не было сделано никаких предварительных оповещений поселенцев о столь серьезном явлении?

Английский офицер безопасности весьма натянуто заметил, что в своем нынешнем виде лунная станция существует всего лишь восемь лет. Межпланетные путешествия до сих пор являются новинкой, и люди легко впадают в панику из-за пустяков. В подобных условиях известие о существовании такого феномена могло бы негативно сказаться на дальнейшем развитии станции. И все-таки в перспективе предусматривалось открыть эти сведения, считавшиеся до сего времени секретными. Уже подготовлен коллективный доклад на эту тему, который будет опубликован в мировой прессе после того, как его изучит Совет Безопасности Объединенных Наций.

– А что касается того, чтобы составить соответствующее досье для вас, - продолжал Уэнтворт, - то я решил заняться этим несколько позже, после того, как кто-то из вас сам стал бы жертвой этого явления.

В целом сложившаяся ситуация давала основания полагать, что тут действовала вполне определенная система, которая могла быть разработана одним из экспертов.

– Надеюсь, доктор Карр, - бесцветно улыбнулся полковник, - что вы догадались описать ваши впечатления?

– Да, разумеется, я сделал самые полные заметки, - угрюмо отозвался Карр.

– Это будут первые документы такого рода, составленные специалистом, - сухо бросил полковник.
– Тем самым мы сделали шаг вперед.

После такого комментария Уэнтворт развел руками, как бы показывая, что отныне контроль за ситуацией утрачен.

– Вот и вся история!
– вздохнул он и встал.
– Пожалуй, сейчас мне следует выяснить, что происходит с нашими славными мобильными группами. Он обратился к Деновичу: - А вы, доктор, пока понаблюдайте за вашим коллегой.

Психиатр коротко кивнул.

Когда ученые остались наедине, доктор Денович метнул в сторону толстяка-американца взгляд, в котором явно сквозил оттенок обеспокоенности: он задумался теперь и о собственной безопасности.

– Тяжелый удар для вас, доктор Карр. Почему бы вам не принять легкое снотворное? Это поможет вам расслабиться. Все равно ваш дар понемногу теряет свою эффективность.

Карр, прищурившись, впился взглядом в лицо своего старшего коллеги.

– Да, вполне возможно, что он и в самом деле улетучивается... протянул он.
– Но вам должно быть стыдно за те мысли, которые я сейчас улавливаю у вас.

– Уверен, что вы ошибаетесь, что-то читая на моем лице, - живо возразил Денович.

– Но вы намереваетесь ознакомиться с моими записями, пока я буду спать!

– Я всего лишь подумал о ваших заметках, - уточнил тот.
– И понял, насколько они важны. Мне и в голову не приходило, что вы можете допустить возможность не разрешить кому-либо прочитать их.

– Полагаю, что именно такие мысли и отразило ваше лицо.
– Карр помолчал.
– Примите мои извинения. Послушайте, у нас обоих нервы сейчас ни к черту не годятся. Поэтому давайте лучше успокоимся и проанализируем сложившуюся ситуацию.

И он стал излагать свою точку зрения. В данный момент, подчеркнул он, здесь находятся два специалиста-психиатра, столкнувшиеся со сложной профессиональной проблемой. Почему бы им не остаться просто-напросто на своих местах, вести наблюдения за тем, как развивается процесс угасания энергии PSI, и ежесекундно фиксировать эти наблюдения?

– Вполне возможно, - сказал он в заключение, - что таким методом беспрерывного контроля мы сумеем точнее выявить суть и основу феномена и даже, может быть, воспрепятствуем ослаблению моей памяти.

В два тридцать резко затрезвонил телефон.

Это был Уэнтворт. Он сообщил им, что поисковые бригады наконец-то укреплены дополнительными мобильными подразделениями специального назначения.

– Я хотел бы выяснить, не желаете ли вы присоединиться к операции?

Денович объяснил, что он не может покинуть Карра, поскольку то, что они тут наметили сделать вдвоем, было слишком важно.

Положив трубку и вернувшись к американцу, Денович с удивлением обнаружил, что тот откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Его вид, особенно вялость тела, обеспокоили психиатра. Он наклонился над Карром и слегка потряс. Напрасно. Тот не проявлял никаких признаков жизни. Быстрый осмотр показал, однако, что его пульс бился ровно, как во время глубокого сна. Да и дышал он глубоко и равномерно.