– Значит, ты отступаешь? – воскликнул Ронич.

– Что-то вроде этого, – нехотя согласился тот.

– Значит, ты пас? – коварный Артемий гнул свое. – Выиграл миникредит и бросаешь игру?

– Как это? – недоверчиво прищурился капитан.

– Сегодня тебе везет, мужик, – ораторствовал Ронич. – А ты схватил мелочевку и собираешься отказаться от настоящих сокровищ? Бросаешь карты, когда игра только началась?

– Неудачное сравнение, – заметил Гаргонас. – Ты и в покере всегда блефуешь.

– Посмотри на эти два тела. Я блефую?

– Если это тобой устроено, то ты сам себя перепрыгнул, – покачал головой Борман.

– Ты ничего не теряешь в любом случае, – последний аргумент космического Улисса был не слишком убедителен, но Борман уже колебался.

– Толстяк прав. Нужно хватать, что плохо лежит, и мотать отсюда. А то сдохнем там все, как этот... бедняга.

– Мертвые не кусаются, – хмыкнул Ронич.

– Ладно, хитрец. Идем дальше, – согласился капитан, – только учти: при первой же опасности мы уходим.

– Договорились, – улыбнулся Арт и тут же напомнил богам о своем существовании. Могучий колонист легко поднял арахноида и поставил мумию в ногах Сыртовой. Секундой спустя между лап чудовища примостился и труп человека.

– Не пугайся, твоя Светлость. Мертвые не кусаются. Арт, скажи ей, – неуклюже успокоил Юльку Борман.

– Может, заберем это барахло на обратном пути? – затравленно рассматривая ввалившиеся глазницы инопланетной мумии, предложил Гаргонас.

– И не заикайся, – отрезал капитан. – Экспонаты едут с нами.

Здоровяк схватил канат, и караван двинулся.

До сердца подземелий оставалось совсем немного. Коридор заметно расширился, вязь письмен теперь покрывала не только стены и потолок, но и пол. И вот наступил момент, когда стены шарахнулись в стороны, и экспедиция вышла в столь огромный зал, что свет фонарей не в силах был осветить его целиком.

В самом центре циклопической пещеры находилось нечто, напоминающее стальную распустившуюся розу размером с двухэтажный дом. И если бы змейки молний, пробегающие по лепесткам этого «цветка» были бы хотя бы красного цвета, впечатление было бы полным.

– Ни хрена себе, – зачарованно проговорила Фрау.

– Давайте-ка по быстрому найдем, где тут кнопка, и пойдем домой, – почти ровно предложил астронавигатор и смело шагнул в темноту. – Я – налево.

– Подойди поближе, – попросила не имеющая возможности выскочить из своего саркофага Юлька.

– Конечно. Не стесняйтесь! – загремел усиленный мегафоном голос командора де Кастро. – Не скажу, что рад вас видеть, но не убивать же вас... сразу.

ЭПИЛОГ

Сотня облаченных в броню высокой защиты боевиков командора выглядели нелепо и сами это понимали. И от того злились.

У конусообразного холма собрались почти все. Клерки Танкелевича, соратники по беспримерному переходу Каутина через весь остров, освобожденные из партизанского плена одним кивком Сударыни бойцы Желссона. Юлька Сыртова в парящем саркофаге и с коммуникатором прямой связи с Элсусом. Пи Карфулаанен и подавленный, понимающий, что теряет жену на всегда Луи Чен. Большущая толпа людей из всех групп и группировок с «Капитаньи», в ожидании Чуда.

И несколько туземных женщин, для которых чудо было обыденным делом. И все еще считающих, что этот мир принадлежит им...

– ... И сим отдаю все эти земли и все, что в них найдется собственностью командора Бартоломео Эстер де Кастро и его потомков. Вовеки веков! – португалец, с трудом сдерживаясь чтоб не приплясывать на месте от восторга, картинно взмахнул половинкой неровно разорванного сделанного с орбиты голоснимка северного острова. – И призываю в свидетели всех населяющих этот мир!

В принципе, сделка была оговорена заранее, и на необходимости этого шоу настаивал лишь командор. Ни кто особенно и не спорил, тем более что каждый из предводителей отрядов новых конквистадоров, не прочь был посмотреть на вожделенное чудо-оружие – Гурл-Хи.

– Что теперь? – нетерпеливо воскликнул де Кастро, обращаясь к служившей ему переводчиком Ноэми. – Я должен сказать: «Сезам, откройся»?

Борман громко хрюкнул и, не удержавшись, засмеялся.

– Нам пора сваливать, – утирая слезы, наконец, заявил капитан «Палладина». – Арт, ты точно решил остаться?

Ронич кивнул.

– Дело твое, – посерьезнел Борман. – Нам тебя будет не хватать... А то, может...

– Нет. Я остаюсь, – мягко повторил звездный Улисс и положил ладонь на снежно-белую верхнюю панель саркофага.