В общем, мы ожидали и в Буллиальде увидеть нечто подобное, но нашему взору открывались все новые и новые индустриальные пейзажи. Гигантский кариес в круглом лунозубе был битком набит какими-то машинами, трубами, роботами. Вонь синтетической смазки была знакома нам и на Земле, а дрожжевые культуры везде смердели одинаково. Что на Луне, что на Земле. Я был разочарован. Будущее королевство оказалось меня недостойным.

И уж ни в каком рекламном буклете не говориться, что Землян, прежде чем выпустить на огороженную селеновым куполом свободу, станут поливать какой-то едкой жидкостью. Потом облучать инфракрасными и ультрафиолетовыми мигалками, промывать, сушить, при – и выжигать. А в довершении ко всему еще и сожгут всю привезенную с Земли одежду, если только она не совсем еще новая, в фабричной упаковке.

Шестнадцать розовеньких, как младенцев, разъяренных бугаев, наконец выскочили из последней камеры пыток и нам тут же, с милыми улыбочками, вручили наше совершенно стерильное, но не работающее оружие.

– Паршивые луняшки, – брызнул ядовитой слюной вдруг переставший быть таким уж черным Ангудо, обнаружив, что его излучатель не подает признаков «жизни». – Да я их голыми руками...

Я был рассержен не меньше остальных ребят, чувствовал паршивый привкус ядовитой промывки для рта и жжение от клизмы, но сумел сдержаться еще на пару минут.

Пока не обнаружил свой тактический компьютер, сидящего возле него в полной прострации Луи Чена и брикет совершенно испорченных батарей.

– Его можно подключить к местной энергосистеме, – без большого энтузиазма, поделился со мной Луи.

– Ну, так сделай это! – рявкнул я и вся компания притихла.

Экран мигнул и включился. Чен облегченно вздохнул, и почти весело доложил:

– Зафиксирована попытка взлома пакета с секретной информацией, сэр.

В довершение к тому, что попросту свирепел при воспоминании о надругательствах санобработки, у меня появилось чувство, словно нас предали. Будто я один стоял в свете прожекторов, абсолютно голый, а вокруг смеются тысячи глумливых врагов.

И паскудное чувство не давало ясно мыслить до тех пор, пока не взялся за ребристую рукоять большого ножа.

– Надеюсь, подлый враг не затупил наши ножи!? – воскликнул я и вырвал лезвие из ножен. И сразу понял, что идея пришлась солдатам по сердцу. Только молоденький лейтенант ван Ку попробовал было протестовать, но тут встрял Миха Безденежных, наверное взявший над новичком шефство:

– Попытка проникновения в секретные файлы – это измена Родине! – недобро глядя на растерянного молокососа, изрек русский.

– Да, но...

– Чен, найди в законах что-нибудь для лейтенанта, – приказал я Луи и, решив, что инцидент исчерпан, обратился к остальным:

– В этой выгребной яме, кроме нас некому наказать супостата. Сейчас мы пойдем и покажем местным хлюпикам, как нужно управляться с делами.

Я снова почувствовал себя храбрым и сильным. Проблема захвата кратера, поиска оснований, поводов, которые занимали еще со времени разработки этой идеи на Земле, у Танкелевича, разрешились сами собой. Со стороны аборигенов попытка взлома компьютера казалась просто подарком, значение которого они сами даже не представляли.

Незнакомая обстановка, чуждый уклад жизни перестали раздражать. Кратер превратился в поле боя, где цель битвы была известна только одной стороне. «Если ты не воешь с волками, то оказываешься среди овец»* – сказал кто-то Великий в древности, и я был согласен на все сто. Возможность свести процесс получения контроля за кратером к процессу раздачи приказов вызывала восторг.

Мы облачились в «хамелеоны». Споро и привычно развернули центр тактической связи. Луи создал голографический макет кратера. А я распределил среди подразделений цели.

– Операция с кодовым названием «Дыра». Цель – овладеть месторасположением противника, подавить сопротивление..., – ухмыльнувшись, сказал я своим готовым ко всему головорезам и они «доброжелательно» заулыбались в ответ. Они все еще помнили ощущение от введенного в задний проход шланга для промывки прямой кишки.

На счастье, на его счастье, ввалившийся без предупреждения профессор Хон, тоже не стал бередить раны банде. За то он, едва успев появиться, наговорил целую гору других глупостей.

– Вы уже получили свои... гм... костюмы обратно? – участливо поинтересовался директор, и вскинул брови увидев готовых к бою солдат. – Вы прямо теперь собираетесь выйти на поверхность?

Я подал знак ненавистному, предавшему меня негритянским фашистам, Ангудо. Проклятый «иуда», если негра можно так назвать, мелькнул за спину аскетичного азиата и блокировал руки. Плененного туземца пристегнули кандалами к креплению на животе кибера.

– Кстати, командир, – с деланной заботой в голосе, прилаживая ножны на запястье, спросил Миха. – А как быть с пленными? Может не брать?