— Но где теперь встретишь других мужчин?

— Каких других?

— Тех, кто не служил в армии. А что касается остального, не понимаю, почему ты решил, что мне известно о романе Мэри Стоукс. О нем я ничего не знаю.

— Зато наверняка знают миссис Боуз и мисс Алвина.

— Они выдумывают гораздо больше, чем знают, — возразила Моника Эбботт. — Сисели лучше будет пойти поупражняться на органе — сплетни она не выносит, — Моника невесело рассмеялась. — По крайней мере, перемывая ко сточки Мэри Стоукс, гостьи на время оставят в покое Сисели и Гранта.

Чаепитие прошло с огромным успехом. Мисс Сил вер показала обеим дамам новый узор для вязания, и за это ей был обещан рецепт земляничного джема миссис Каддл.

— Конечно, если мне удастся вытянуть его из Эллен, — добавила мисс Алвина. — Мне случалось бывать на кухне, когда она варила джем, но я мало что успела заметить. Поэтому я даже не могу сказать, почему у Эллен джем получается особенным, не похожим ни на какой другой. Никто в Дипинге не знает ее рецепт, она не согласится дать его никому, кроме меня. Возможно, удастся уговорить ее поделиться рецептом с гостьей из Лондона, но обещать я не могу…

Миссис Боуз, миловидная, цветущая сорокапятилетняя дама, прервала щебет мисс Винни сокрушительным ударом здравого смысла.

— Обещать? Не вздумайте! Даже не надейтесь выманить у Эллен Каддл рецепт, — она протянула к огню большие загрубевшие руки. — Она из тех, кто скорее умрет, чем расстанется с тем, что принадлежит ей. В конце концов, зачем ей делиться рецептом? Не так уж много у нее секретов, чтобы их разбазаривать. Если негодяй Альберт бросит ее, по крайней мере, у нее останется рецепт знаменитого земляничного джема.

Кашлянув, мисс Силвер заметила, что теперь имя Альберт уже не в моде.

— Но возможно, в деревнях вроде Дипинга…

Гостьи в унисон сообщили ей, что Дипинг не имеет никакого отношения к имени Альберта Каддла. Сочный голос давал миссис Боуз бесспорное преимущество — она и закончила сагу о семье Каддл.

— Он был десантником, а потом нанялся шофером к старому мистеру Харлоу. А когда состояние мистера Харлоу унаследовал его племянник Марк, он оставил Альберта. Думаю, работник-то он ценный, но слишком уж видный — Марк с ним еще натерпится. Однажды я уже намекнула на это Марку, но он только посмеялся. Конечно, молодежь не воспринимает подобные советы всерьез. Бедняжка Эллен Каддл своими руками вырыла себе яму, выйдя за него замуж. Мало того что она на добрых десять лет старше Альберта, так еще и неказиста! Ради чего он женился на ней? Ясно как день: ради ее сбережений и наследства, полученного от леди Эвелин! Это я сразу поняла. «Эллен, — сказала я ей, — ты сглупила». Но она только скривилась и заявила, что вправе поступать так, как считает нужным. «Да ради бога! — ответила я. — Но задай себе вопрос: ради чего он женится на тебе?»

— Она прекрасно готовит, — вставила мисс Винни.

Довод был отброшен.

— И при этом Альберт разрешает ей работать на вас — вместо того чтобы наслаждаться ее стряпней! Говорю вам, когда мужчина позволяет жене работать на чужих людей, это выглядит странно. Так я ей и сказала. «Ему неплохо платят. На что же он тратит свое жалованье? Или на кого? Подумай сама, Эллен!»

— Вот уж не думала, что Марк Харлоу может позволить себе платить шоферу, — заметила мисс Алвина. — Говорят, дела старого мистера Харлоу шли неважно, а расходы на похороны…

— О, у Марка есть свои деньги, — живо перебила миссис Боуз.

— Не понимаю, как…

— Не располагая значительными средствами, невозможно содержать такое поместье, — и она повернулась к Монике Эбботт. — Кажется, ваш зять тоже понял это. Но ему пришлось труднее, чем Марку — ведь он очень дальний родственник. А похоронные расходы всегда неизбежны. Но скажите, миссис Эбботт, неужели он вправду продает фамильные бриллианты?

Моника загадочно улыбнулась, с трудом сдерживая возмущение. У нее осталось единственное утешение — пренебрежительно поглядывать на нелепое платье миссис Боуз, твидовое, в коричнево-зеленую клетку. Платье было слишком тесным и ярким, морщило там и сям. Успокоенная этими мыслями, Моника небрежно произнесла:

— Не знаю. Спросите у него самого.

— Ну что же… — отозвалась миссис Боуз и сразу повернулась к мисс Силвер: — Мы все сочувствуем Гранту Хатауэю и надеемся, что его эксперименты увенчаются успехом. Он увлечен современной наукой и техникой, слишком сложными для меня. Но подобные затеи разорительны, окупаются далеко не сразу, и боюсь, сейчас ему приходится тяжко. Он унаследовал старое, запущенное поместье.

Моника считала своим долгом встать на защиту зятя, но понимала, что ссора с миссис Боуз не принесет ей никакой пользы. И она снова заговорила о Марке Харлоу.

— Он поселился в Грейндже примерно в то же время, когда Грант перебрался в Дипсайд. Но фермерство Марка не интересует. По его словам, за шесть лет войны ему пришлось немало потрудиться и вываляться в грязи, и он считает, что заслужил немного отдыха и чистоты. Я бываю прямолинейна, вот я и сказала ему: «Вы просто бездельник», — а он засмеялся и закивал. Вообще-то он музыкант — он пишет песни и получает за них большие деньги. В прошлом году ревю, к которому он написал музыку, пользовалось огромным успехом — не помню только, как оно называлось. Но я точно знаю, что он уже написал несколько песен — он сам рассказал мне об этом.