Ни сержанту Эбботту, ни старшему инспектору Лэму так и не удалось в тот день отведать превосходный ленч, который ждал их в Эбботтсли.

По дому лесника разносился грохот шагов полицейских, эхо повторяло стук молотков и кулаков. В конце концов было обнаружено место, где панель издавала гулкий звук. Ее сняли и увидели за ней узкую крутую лестницу, ведущую в подвал. Остановившись на нижней ступеньке, Лэм осветил подвал, водя из стороны в сторону лучом мощного фонаря. Он хмурился и молчал. После долгой паузы произнес:

— Здесь полно пыли…

Инспектор Смит отозвался:

— Этого и следовало ожидать, сэр.

Лэм хмыкнул и бросил через плечо:

— Принесите лампу, Фрэнк, — света слишком мало.

Лампу принесли и спустили в подвал, инспектор продолжил осмотр.

— Да, пыли уйма, и Смит прав: этого следовало ожидать. Но это еще не все: посветите-ка вот сюда! Видите, о чем я? Похоже, кто-то подмел пол. Не может быть, чтобы следы метлы сохранились на протяжении пары веков. Но если в последнее время здесь подметали, значит, кто-то хотел замести следы, — он повернулся и стал подниматься по лестнице. — Надо осмотреть плиты пола, Смит. Сейчас же поручите это своим людям.

Луизу Роджерз нашли под плитами пола в дальнем углу подвала. На ней было черное пальто, так подробно описанное миссис Хоппер и Мэри Стоукс. Кто-то размозжил ей череп чудовищным ударом. Светлые волосы падали на лицо, как и утверждала Мэри Стоукс, а в мочке уха сверкала единственная бриллиантовая сережка, похожая на кольцо вечности.

Старший инспектор Лэм допрашивал мисс Лили Эммон, машинистку и стенографистку, миниатюрное существо со вздернутым носиком и шапкой курчавых темных волос. Похоже, она недавно плакала, и Лэм, отец трех дочерей, отнесся к ней сочувственно. Взяв протокол вчерашнего допроса Лили, он бегло просмотрел его — ленч с Мэри Стоукс, встреча с Джо Тернберри, сцена в чайной…

— Вы хорошо знали Мэри?

— Да, сэр. Мы работали вместе, пока она не нанялась к мистеру Томпсону.

— Вы были подругами?

— О да, сэр!

Милое, трогательное создание. Наивное, с детским голоском. Что у нее могло быть общего с Мэри Стоукс?

Лили продолжала.

— Конечно, после того как она перешла к мистеру Томпсону, мы стали видеться реже. А потом она заболела, но вскоре ей стало лучше. Я так обрадовалась, когда она позвонила и предложила встретиться! Но сходить с ней в кино я не могла — у меня было назначено свидание в половине пятого. Мы вместе сходили на ленч, побродили по магазинам и, как я уже сказала, встретили Джо Тернберри.

Лили понемногу успокаивалась. С лондонским инспектором, которого она поначалу так боялась, оказалось очень легко разговаривать. Ей вспомнился дядя Берт — не родной дядя, но они с детства привыкли называть его дядей: он часто угощал Лили конфетами, иногда дарил шестипенсовые монетки. Он был таким добрым и так любил детей! Странно, что она сравнила дядю Берта с этим огромным полицейским — впрочем, у них даже манеры были похожими. Точно такое же выражение появлялось на лице дяди Берта, когда он собирался пошутить. Только сейчас им не до шуток, ведь бедная Мэри… Лили сморгнула слезы с ресниц.

— Итак, мисс Эммон, вы вдвоем сходили на ленч. Очевидно, вам было о чем поговорить.

— О да!

— Постарайтесь поточнее вспомнить, о чем вы говорили. Обычно девушки обсуждают кавалеров. Я же хочу знать, не сказала ли Мэри чего-то такого, что поможет нам понять, почему ее убили и кто это сделал. Так вы попытаетесь?

— Да, конечно, — она скомкала конец слова, судорожно вздохнув.

— О чем вы думаете? — поинтересовался Лэм.

— Я… не знаю…

— И все-таки попробуйте объяснить, — добродушно и ободряюще попросил Лэм.

— Не знаю… она говорила…

— Просто рассказывайте обо всем, что помните. Не волнуйтесь, нам важно знать все.

Лили устремила взгляд серьезных карих глаз в лицо инспектору.

— Мы разговаривали, и я заметила, что она уже три месяца сидит без работы и наверняка будет рада опять начать зарабатывать, а она ответила, что это не так важно. Я попросила объяснить, что это значит, а она посмотрела на меня… знаете, как смотришь, когда мог бы что-то объяснить, но не знаешь, стоит ли… — Лили помедлила, ожидая реакции.

— А дальше, мисс Эммон?

— Мне пришло в голову, что она выходит замуж. И я спросила об этом — я очень любопытна, но она встряхнула головой и заявила, что не спешит становиться бесплатной прислугой. По ее словам, глупа всякая девушка, которая не может найти ничего получше замужества. Мне показалось, что она намекает на меня и Эрни — мы копим деньги, чтобы пожениться, и я ответила, что у меня другие взгляды.

Лэм хмыкнул.

— А что она?

Лили покраснела.

— Сказала, что я безнадежно глупа, но она не из таких. Я спросила: «Ты о чем?» — а она засмеялась и объяснила: встречаться с мужчинами ей нравится, но у нее нет ни малейшего желания портить руки стряпней и мытьем посуды. И добавила: «Не хочу быть собственностью мужчины — по крайней мере, такой». Я сказала, что совсем не понимаю ее, она снова засмеялась и негромко сказала: «Если мне повезет, скоро я разбогатею — только смотри, никому!»