Именно поэтому я принял решение для начала переместиться к Сарториусу и разобраться с ним насчет того, куда он подевал чемоданчики.

Я уже собрался было протянуть руку к «черному ящику» и подцепить кольцо на палец, как вдруг увидел, что прямо к «Black Вох'у», раздвигая траву чешуйчатым, очень неаппетитным телом, ползет довольно крупная змеюка. Это была самая главная мерзопакость Малых Антильских — островная жарарака. Если хорошо тяпнет, то через несколько минут я захлебнусь кровью и сдохну.

Правда, это рассказывали Брауну перед высадкой на Хайди в 1983 году, а ялично ничего толком про таких змеюк не знал. И, слава Богу, ни сам не был ими укушен, ни других граждан, покусанных жарараками, не видал. Впрочем, в то, что от укуса этой гадины можно копыта отбросить, я охотно верил.

Именно поэтому мне не только расхотелось хвататься за кольцо «черного ящика», но пришлось отскочить от него на несколько метров.

При других обстоятельствах я бы не пожалел хорошей очереди на десять патронов, лишь бы разнести жарараку в клочья. Да и в этот раз уже вскинул свой штатовский инструмент, но тут же опустил. Хрен его знает, не попаду ли я случайно в «Black Box»? Правда, я четко знал, что ни фига ему не будет, но все же опасался, что он меня неправильно поймет. И вообще, может, он сам эту змеюку пригласил. Мало ли какие у них, «черных ящиков», пристрастия? Может, она ему в научных целях нужна или, того хуже, в ритуальных? А я помешаю… Неувязка может получиться.

Только тут я подумал, что, может быть, «Black Box» вовсе не по моей просьбе явился, а сам по себе. Например, из каких-то собственных соображений. Просто так по времени совпало.

Змея между тем доползла до «ящика» и обвилась вокруг него спиралью. При этом — очередное маленькое чудо! — из прямоугольного параллелепипеда или четырехгранной призмы (до сих пор не помню, чем одно от другого отличается), «ящик» превратился в цилиндр. Прямо на глазах! Его грани как бы надулись, углы и ребра скруглились и плавно исчезли. При этом кольцо с верхней грани, превратившейся из квадрата в круг, никуда не исчезло. Напротив, оно немного увеличилось в диаметре, как мне показалось.

Жарарака вползла на новоявленный цилиндр и изобразила из себя нечто вроде скрученной в спираль часовой пружины. Треугольная головка со стреляющим из нее раздвоенным язычком настороженно поднялась над кольцом: мол, суньтесь, ребята, кому жизнь недорога.

Я как-то непроизвольно подумал, что может произойти, если змея просунет свою башку в кольцо. Отреагирует ли «ящик» на жараракины мысли, если таковые у нее, конечно, имеются? Мозг ведь у гадины все-таки есть, хоть и маленький, а значит, могут быть и какие-то мыслишки.

Но я даже прикинуть ничего не успел, потому что откуда-то справа, из-за горки, донесся гул вертолета. Память Брауна подсказала: транспортный двухроторный «чинук». Не иначе «тигры» начали прочесывать местность. И хотя соваться в глубь леса, где ползают десятки и даже сотни жарарак, подобных той, что разлеглась на «черном ящике», было очень неприятно, я приказал Валету и Ване:

— За мной! — после чего в несколько скачков убрался под прикрытие крон деревьев и кустов. Биороботы еще быстрее повторили мой маневр, и маленькая полянка, некогда расчищенная вокруг вентиляционной шахты, опустела. Остались только «черный ящик», то есть, пардон, «черный цилиндр», и жарарака, свернувшаяся в колечко у него на «крышке».

Вертолет, судя по всему, стал описывать круг над долиной, то ли подбирая место для посадки, то ли выслеживая тех, кто мог вылезти из подземелий через вентиляционные шахты. Конечно, стоило бы поглядеть, где он в конце концов сядет. Ясно, что с него высадится взвод коммандос, и если мы невзначай пойдем прямо на них, то неприятностей не избежать. Но высовываться было неразумно, потому что еще неизвестно, будет вертолет садиться или нет. А вот если нас заметят на полянке у шахты, то он сядет обязательно и уже с конкретной целью — взять нас живыми или мертвыми.

В общем, мы забились в чащу и прислушивались к рокоту моторов, который то удалялся, то приближался. Через просветы между стволами деревьев и оплетавших их лиан шахта с поднятой решеткой вполне просматривалась. Только сейчас я понял, что оставлять ее незакрытой было большой ошибкой. Если с вертолета ее увидят, то сразу поймут, что мы вышли именно здесь. И, прикинув по времени, насколько далеко мы от нее ушли, сразу же локализуют район поисков. Дальше останется только оцепить его и постепенно стягивать петлю на нашей шее. Но сделанного не воротишь — сейчас уже поздно посылать Валета или Ваню закрывать решетку.

Может, все-таки сбегать за «ящиком» или, что лучше, отправить за ним одного из пацанов? Со змеюкой они, несомненно, справятся, даже если кого-то из них она кусанет, то он сможет продержаться подольше, чем я. После того, как Валет меньше чем за сутки без какой-либо специальной медицинской помощи залечил пулевое ранение, от которого другой бы месяц провалялся, я прочно уверовал в их живучесть. Возможно, что яд жарараки на них и вовсе не подействует. А если «ящик» попадет ко мне в руки, то я не поскуплюсь — хрен с ним, продам черту Мендеса с Атвудом!