– Ну что, батя, навестил своего ученика?

– Навестил, конечно, – хриплым голосом произнес Сергей, неуклюже забираясь на заднее сиденье.

– Радикулит замучил?

– Наверное, к перемене погоды.

– Сегодня синоптики обещали солнце.

– Это тебе, сынок, они солнце обещали, а мне кости подсказывают перемену погоды. Позвоночник, он, брат ты мой, никогда не обманывает. Как начинает крутить, знай, переменится погода.

– Куда теперь, батя?

– В Копотню съездим.

– И там у тебя ученик живет?

– Нет, там у меня учитель. Надо старика навестить. «Жигули» бойко сорвались с места и помчались в сторону Копотни. Пожилой мужчина на заднем сиденье приглаживал седые усы и бородку.

Склады, на которых торговали черт знает чем, водитель нашел довольно быстро, как всякий, кто подрабатывает извозом.

– Ну все, спасибо тебе, браток.

Дорогин заплатил щедро. Молодой водитель удивился.

– Могу подождать, все равно назад вам придется ехать.

– Нет, я здесь надолго. Со стариком поговорить надо, новости ему рассказать, про жизнь порасспрашивать. Он у меня говорливый, да и не виделись давно.

– Я пассажира здесь днем с огнем не найду. Если пару часов – то подожду.

Дорогин усмехнулся и почувствовал, что левый ус явно не на месте. Он прижал его указательным пальцем.

– Нет, дорогой, поезжай. Не знаю, на сколько я здесь задержусь.

– – Выбираться как будете?

– Как-нибудь выберусь. Не в лесу же, да и машины ездят, автобусы, троллейбусы.

Водитель поблагодарил пассажира. Такие попадаются не часто, вроде с виду и неказистый, а платит щедро. Будешь полдня по городу мотаться туда-сюда, а такую сумму не заработаешь. «Может, кто из учеников ему деньжат подкидывает или дети, А может, он вор в законе? – мелькнула догадка в голове рыжеволосого водителя. – Говорят, они скромно живут, на дорогих машинах не ездят, на „запорожцах“ и „Жигулях“ перемещаются, изредка – на „Волгах“, за что их и уважают. Судя по всему, он такой же – спокойный, уверенный и сам себе на уме, – водитель взглянул в зеркальце заднего вида на медленно бредущего человека. – По лицу пожилой, а фигура совсем как у молодого. Крепкий, спортом, наверное, занимается».

С этой мыслью водитель развернул добитые «Жигули» прямо на дороге, слава Богу, машин было немного, и поехал к автобусной остановке в слабой надежде подхватить кого-нибудь из спешащих в центр города.

Сергей заложил руки за спину, почувствовав ими рукоятку пистолета, засунутого за брючный ремень. Подошел к воротам, повертел головой, словно принюхивался. Из калитки выглянул сторож, изрядно выпивший.

– Батя, тебе че? – спросил мужчина лет сорока, с ног до головы оценивающе разглядывая Дорогина.

– Мне Николая найти надо, бумаги кое-какие у него подписать. Штамп он мне шлепнул, а подпись поставить забыл, – и Дорогин полез в карман, словно собирался показать пьяному сторожу документы.

– Мне твои бумаги, батя, ни к чему. Пустой ведь идешь, пустой и выйдешь.

– Ага, пустой. Где Николай сидит, знаешь? Запамятовал, сынок…

– Вот, эти старики, вечно у них с головой не все в порядке!

– У меня не только с головой не в порядке, у меня и спину ломит. Наверное, гроза будет.

– Не будет грозы.

Пока сторож разглядывал небо, Дорогин, сгорбившись, втянув голову в плечи и пощипывая бородку, прошаркал мимо него, направляясь к складам.

На площадке у эстакады стояла пара грузовиков, крытых тентом. На эстакаде, свесив ноги, курили грузчики. На Дорогина никто не обратил внимания, он походил на пенсионера-бухгалтера, подрабатывающего здесь же, на складах, на одну из многочисленных фирм, арендующих складские помещения.

Облезлое белое одноэтажное здание стояло в самом дальнем конце. Прямо за ним начиналась импровизированная свалка, состоящая преимущественно из металлолома и досок. «Вот уж точно, – подумала Дорогин, проходя мимо ржавых бочек, из которых вылетело несколько голубей, – как только появляются заборы, тут же образуется и свалка. Заборы порождают свалки.»

Он обошел белое здание по периметру, заглядывая в окна. Лишь затем приблизился к крыльцу. Дернул железную дверь, та открылась. Ни секунды не задерживаясь, Дорогин вошел в помещение. Тут было сыро, пыльно и грязно. «И почему это милиция для своих встреч с бандитами всегда выбирает гадкие места? Нет бы встретиться как люди, в приличном ресторане, в кафе, в гостиничном номере, так нет же, лезут в мусорные ямы, как тараканы. Где помойка, там и милиция. Наверное, не зря ментов мусорами называют.»

Теперь стало понятно, почему дверь не запирается. Выносить отсюда было нечего, причинить урон можно было только одним способом – нагадить посреди комнаты. Здание делилось на две части тонкой гипсовой перегородкой. Эта перегородка отгораживала небольшую комнату, более или менее чистую.

Дорогин посмотрел на часы. По всему выходило, что встречи проходят в большой комнате, удобной во всех отношениях: есть пара лавок, стол, из окон просматривается территория, незаметно к дому не подберешься. А маленькая боковая комнатка использовалась как склад, на пыльном полу еще виднелись отпечатки картонных ящиков. «Хорошее место», – подумал Сергей, вытаскивая пистолет и забираясь в самый темный угол.