Шрифт:
– Вы должны были отпустить Веру, – сказал Лука. – Дать ей возможность пожить самостоятельной жизнью. Позволили бы ей работать, зарабатывать деньги и тратить их так, как она считала нужным.
– Но у нее все было, говорю же вам! Конечно, услышать от меня, что моя сестра была в курсе убийств и молчала, – это ужасно… Но я понимаю ее, она любила этого парня…
– Она очень сильно его любила, – как эхо повторила Лара. – Петр Васильевич, налейте мне коньяку… Мы с Лукой должны вам сказать что-то очень важное. И не только рассказать, но и показать. Как вы себя чувствуете? Вы можете пройтись немного, подышать свежим воздухом?
Гусев взглянул на Лару настороженно, потом перевел взгляд на Луку:
– Куда я должен идти? В прокуратуру и обо всем рассказать? Лука…
– Успокойтесь, Петр Васильевич. Вы сами потом решите, куда вам идти… что делать и как жить дальше… А мы с Ларой предлагаем вам небольшую прогулку… Наденьте что-нибудь теплое, на улице мороз…
33
Улица стала белой, чистой. Безлюдно. И только ровный желтоватый свет фонарей делал ее живой, зовущей пройтись по снежку, вдохнуть сладкий морозный воздух.
– Вы меня на прогулку, что ли, пригласили? Чтобы я немного пришел в себя? Я очень вам за это благодарен… Вот представляете себе, у меня есть знакомые, родственники… А в трудную минуту жизни со мной вы, ребята, ты, Лука… Знаешь, мне всегда хотелось познакомиться с тобой поближе, я даже мечтал об этом… Но не предполагал, что наше знакомство, вот такое, близкое, состоится в тяжелое для меня время…
– А где же ваши друзья, родственники? – спросила Лара, кутаясь в воротник меховой курточки и прижимаясь к Луке.
– Они ограничились звонками. Я вам так скажу: существует мнение, будто деньги портят людей. А я вот с этим высказыванием не согласен. Да, может, я и изменился, но как я помогал своим близким, так помогаю до сих пор, да только они почему-то стали от меня отдаляться. Сами. Лука, ты должен понимать меня.
– Думаете, завидуют?
– Может, и так, а может, у них просто своя жизнь, вернее, темп жизни более медленный, и они за мной не поспевают? Вот Вера всегда была со мной и никогда не держала дистанцию…
– Может, у нее просто не было такой возможности?
– Она могла уйти от меня в любую минуту…
– А ей было куда уйти? – спросила Лара.
– Она собиралась купить квартиру, ту самую, вернее, в том самом доме, где ее и нашли… мертвой…
Он вдруг остановился, оглянулся и, медленно повернув голову, взглянул на Луку:
– Да вот же этот дом… Новый, но окна уже светятся. Значит, заселили… Вот здесь должна была жить моя Верочка… Что же это получается… Дражников, ее любовник, знал, что она несет деньги, напал на ее и убил, а потом вернулся домой, хотя нет, дома-то у него не было… Вернулся… Постойте… У меня что-то голова кружится. Если Наташа говорит, что это она была его любовницей, то какое отношение к Дражникову имеет та девушка, Катя, в квартире которой его обнаружили? Значит, он жил у нее? Но Наташа не могла этого не знать… Ее так просто не обманешь… Может, это она убила его и Катю? Узнала случайно, что… Нет, нет и нет! Она знала, что он живет у этой девушки!
– Они могли поссориться, – предположила Лара. – Они когда-то были любовниками, а потом Чемберлен… то есть, Дражников стал встречаться с вашей сестрой, а жил все это время в квартире Кати Цыркун, надо же было ему где-то жить… Наташа нарочно рассказала вам про Дражникова, чтобы причинить боль, отомстить за то, что вы передумали на ней жениться и совершили по отношению к ней подлость, высказав при следователе подозрение, будто она может быть причастна к убийству вашей сестры, Петр Васильевич…
– Подлость? Вы сказали: подлость?
Лара пожала плечами:
– Мы пришли. Вот этот дом, этот подъезд. Не хотите подняться, Петр Васильевич?..
– Хотите показать мне место, где была застрелена Вера? Но стоит ли?
– Мы хотим показать не только это… Пойдемте, не бойтесь, вашей сестры все равно уже нет в живых… И на лестничной клетке ее тоже нет… Она в морге…
Лука посмотрел на Гусева так, что Гусев испугался. По-настоящему.
– Что вы задумали? Лука, что все это значит?
– А то, Петр Васильевич, что ваша сестра уже успела купить квартиру, и у меня есть ключи от нее… Вы же ничего, совершенно ничего не знали о вашей сестре…
Заинтригованный, Гусев решил больше не задавать вопросов. Он кивнул головой и двинулся вслед за Лукой и Ларой.
Они пешком поднялись на третий этаж, и Лука сказал:
– Вот здесь, между вторым и третьим этажом, на площадке была убита твоя сестра, Петр Васильевич… Вот видишь, следы крови на полу…
Гусев заметил, что теперь Лука обращался к нему то на «ты», то на «вы», словно то сближаясь, то отдаляясь от него.