– Спасибо. Тут чеки. Зарплата. Все нужно отправить сегодня.

– Правда? Ну я за ними особо присмотрю. – Он улыбнулся и стал снова собирать пачки конвертов и пакетов. Женщина пошла обратно в свой офис.

Вернувшись к себе, они быстро просмотрели корреспонденцию, отсортировали только нужное. Письма, которые оказались бесполезными, Аннабель велела Тони снести вниз и опустить в почтовый ящик на углу. Остальные они с Фредди принялись тщательно изучать.

Вернувшись, Тони заявил:

– Ребята, вы ж отправили кучу конвертов с зарплатными чеками. Чего это ради?

– А того ради, что эти зарплатные чеки, а также чеки, выписанные на конкретные счета, для нас бесполезны, – ответил Фредди с уверенностью эксперта, набившего руку на подобных делах. – На бумагу лазером нанесены тональные чернила, и используются защитные номерные шрифты, так что изменить указанную на них сумму невозможно.

– Никогда не мог это понять, – признался Лео. – Это же чеки, выписанные людям, которых они знают!

Фредди поднял ладонь с зажатым в ней чеком:

– Вот то, что нам нужно: чеки на возвращаемые суммы!

– Но их-то как раз посылают совершенно незнакомым людям! – заметил Тони.

– Именно это и лишает все дело какого-либо смысла, малыш, – отвечал Лео. – Ведь они ставят всю эту защиту на чеки, отправляемые людям, которые на них работают или с которыми они ведут бизнес. И совсем не заботятся о защите тех чеков, которые отправляют черт знает кому.

– Я выбрала этот офисный комплекс, – добавила Аннабель, – потому что тут размещаются региональные представительства крупных компаний, входящих в первую сотню журнала «Форчун». Из таких офисов ежедневно отправляют тысячи чеков, а их счета просто ломятся от денег.

Четыре часа спустя у Фредди было восемьдесят чеков.

– Все совершенно чистые. Никаких водяных знаков, никаких защитных полосок или еще каких-нибудь заморочек. – Он перенес чеки на свое рабочее место, устроенное в отдельной комнате. С помощью остальных заклеил скотчем место для подписи на лицевой и оборотной сторонах каждого чека, сложил их в большую кастрюлю и облил растворителем для снятия лака с ногтей. Ацетоновый состав быстро растворил на чеках все, что не было напечатано на них изначально. После того, как с них сняли полоски скотча, закрывавшие подписи, перед ними предстали восемьдесят чистых чеков, подписанных руководителями и главными бухгалтерами крупных компаний.

– Однажды один паскудник вот так же обналичил фальшивый чек с моего счета, – заметил Лео.

– И что ты сделал?

– Выследил подонка. Он был непрофессионал, баловался просто. Но я все равно взбесился. И устроил ему перемену почтового адреса, так что все направляемые ему счета пошли черт знает куда, и он потом года два отбивался от осаждавших его кредиторов. Я хочу сказать, что такие дела только для профессионалов. – Лео пожал плечами. – Черт побери, я же мог его по-крупному ободрать – на всю катушку, даже его личность себе присвоить!

– И почему ты этого не сделал? – поинтересовался Тони.

– Да жалко его стало, – буркнул Лео.

– После того как просушим чеки, – сказал Фредди, – мне надо будет переправить все региональные номера Федерального резервного банка.

– А это что такое? – не успокаивался Тони.

– Ты уверен в том, что ты профессиональный кидала? – засомневался в нем Лео.

– Я работаю с компьютерами и Интернетом! – воскликнул Тони. – А вовсе не с лаком для ногтей! Я кидала двадцать первого века! У меня безбумажные технологии!

– Ишь ты, какой умненький! – усмехнулся Лео.

– Вот они, региональные номера Федерального резервного банка. – Аннабель взяла один из чеков и указала на две первые цифры в серии номеров в нижней части чека. – Они означают, что чек был принят в том расчетном учреждении, куда этот чек и должен был попасть. Номер Нью-Йоркской расчетной палаты – ноль два. Для Фриско – двенадцать. Компания, имеющая, например, штаб-квартиру в Нью-Йорке и пользующаяся чеками, выпущенными любым нью-йоркским банком, обычно имеет на своих чеках нью-йоркский региональный номер. А поскольку мы пустим свои чеки в ход здесь, Фредди переадресует имеющиеся региональные номера на Нью-Йорк. Таким образом, компании потребуется больше времени, чтобы получить чек назад и понять, что он фальшивый. И что еще более важно, – добавила Аннабель, – это все крупные компании, в которых бухгалтерские книги учета подлежащих уплате счетов ведутся без контроля конкретных денежных операций. Так что у нас большие шансы на то, что, даже получив назад поддельный чек, они и не заметят его до самого конца месяца, пока не получат из банка ежемесячный балансовый отчет. Сегодня только пятое – значит, у нас почти месяц, прежде чем они поймут, что тут что-то не так. А к тому времени нас здесь уже не будет.

– А что, если банковский клерк посмотрит на чек и заметит, что региональный номер неправильный? – спросил Тони.

– Видать, ты никогда не смотришь эту телепрограмму, да? – спросил Лео. – Ну ту, в которой занимающиеся журналистскими расследованиями репортеры лезут в банк с чеком, на котором черным по белому написано: «Не обналичивай меня! Я – поддельный чек, ты, тупица!» А тупица все равно его обналичивает.

– Никогда не слышала, чтобы кассир заметил неправильный региональный номер на чеке, – добавила Аннабель. – Если, конечно, не дать ему повод тебя в чем-то заподозрить.