– Вы что, очень влиятельный человек? Или тоже связаны с какими-то бандитами?
– Ребров провоцировал Дзгоева на бурное выражение чувств.

Но тот остался совершенно спокоен:

– Я не бандит, но у меня - большие связи. В Москве я мог решить многие вопросы... И со многими людьми на Северном Кавказе был в деловых отношениях. Думаю, когда Лукин понял, что его скоро уберут, он стал искать себе защиту, и ему порекомендовали меня.

– А зачем же вы пошли в "Русскую нефть"?

– Потому что это - нефть!
– подумав немного, сказал Дзгоев.
– Мне... и, конечно, тем людям, которые за мной стояли, это показалось очень соблазнительным. Раньше нашим основным бизнесом было производство водки. Из Грузии в Северную Осетию ввозился дешевый, без всяких таможенных пошлин, спирт, мы делали из него водку, разливали по бутылкам, а потом продавали по всей России. Но в последнее время власти через таможню начали нас зажимать, вот мы и стали искать что-то новенькое... Получилось, ухватили слишком большой кусок и подавились, - засмеялся он, но, увидев прищуренный взгляд Реброва, спросил: - Вас что-то в этой истории смущает?

– Если честно, я никак не могу понять: зачем вы мне все это рассказываете?
– признался Виктор.
– И вообще, меня второй день мучает вопрос: почему вы согласились на эту встречу?

– Почему? Все очень просто. Мне надоело здесь прятаться! Я - в безвыходном положении! Я не могу вернуться к делам, пока в Москве сидят Шелест и Кроль. Бороться с ними невозможно.

Дзгоев поднялся и, засунув руки в карманы брюк, заходил по комнате.

– Может быть, вы преувеличиваете их силу? Ведь Рудольф Кроль давно ушел из ФСБ, да и Шелест уже не в правительстве...

– Запомните, из Федеральной службы безопасности не уходят. Побывавшие там остаются на боевом посту вечно!
– опять кого-то пародируя, с наигранным пафосом заметил Дзгоев.
– Тем более бывший заместитель председателя этой конторы. Кроль по-прежнему использует людей, информационную базу, технические возможности службы. И у Шелеста полно друзей в правительстве, которые обделывают с ним свои делишки. Я по сравнению с ними - пустое место.

– Но тогда, может быть, вам удастся договориться с ними, откупиться, в конце концов?

– О чем вы говорите?!
– отмахнулся собеседник Виктора.
– Это раньше, когда реформы в стране только начинались, чиновников можно было купить за рубль. Тогда они были нищими и кланялись даже тем, у кого имелась продуктовая лавка или дешевое кафе. Но вскоре государственные чиновники поняли, что все в их руках. Понаделали себе банков, пустили через них государственные деньги. Теперь им мои жалкие копейки не нужны... Конечно, они могут сделать вид, что я их уговорил, но потом все равно меня прихлопнут. Потому что я в курсе их дел. Зачем же им оставлять свидетелей? Тем более что Кроль не признает других способов решения проблем...

– Так что же вы от меня хотите?
– в упор спросил Ребров, хотя уже все понял.

– Я знаю, что вы - прекрасный журналист, - начал откровенно льстить Георгий Дзгоев, - и вам не безразлично, кто реально управляет страной. Поэтому я и решил рассказать вам, что собой представляют Шелест и Кроль. Фактически мы с вами - по одну сторону баррикад. В такой ситуации мы должны быть вместе, должны помогать друг другу.

До этого момента бывший вице-президент "Русской нефти" выглядел вполне интеллигентным человеком, с хорошим чувством юмора, но теперь из него полез мелкий делец, привыкший быть не очень честным со своими партнерами и изначально не уважающий их. Ребров подумал, что висевший под навесом освежеванный баран - вот та цена, которую давал за него Дзгоев.

– То есть вы хотите, чтобы я написал статью и тем самым помог бы зарыть Шелеста и Кроля?
– с туповатой простотой уточнил Ребров, с удовольствием наблюдая, как ерзает на своем месте Дзгоев.

– Ну почему зарыть?!
– запротестовал тот.
– Нам обоим неприятно жить в стране, где всем правят бандиты. Давайте говорить о восстановлении справедливости.

– Хорошо, я, конечно, мог бы написать такую статью, но, чтобы ее опубликовали, нужны железные факты, документы. Дайте мне их. Или хотя бы запишем ваш рассказ на пленку.

– Нет, исключено!
– решительно заявил Дзгоев.
– Я вообще должен остаться в стороне.

– Тогда где я возьму эти проклятые факты?!
– уже довольно резко, не особо церемонясь с собеседником, спросил Виктор.

Было видно, как Дзгоев разрывается между двумя желаниями: с одной стороны, как можно больше насолить врагам, а с другой - ни в коем случае не дать им понять, откуда исходит информация, решить свои проблемы чужими руками. При этом его не особенно волновало, что, отводя подозрение от себя, он, вероятно, ставит в трудное положение другого человека.