– Наверное, это время настало, – сказал мастер Йувейн, озвучив древнюю мечту Братства – и многих других. – Земля вошла в Золотой Пояс, где-то в Эа родился Майтрейя. Он и поведет нас обратно к звездам.

– К звездам? Что мы сотворили с землей? Превратили ее в пепел. Красный Дракон уничтожил лучшее, что было в Эа. Должны ли мы вернуться к Звездному народу, неся в ладонях пепел?

– А ты хочешь удобрить им землю и надеяться, что вырастет сад?

– Из пепла погребального костра возрождается серебряный лебедь. Было время, когда мы строили Сады Земли и Храмы Жизни. И придет время восстановить их.

– Почему тогда Старейшие говорили о том, что мы покинем Эа?

– Когда-нибудь , сказали они. Они сказали, что мы уйдем во славе – или в смерти. Старейшие ждут, чем все кончится. – Лильяна помолчала мгновение, затем продолжила: – Они ждут нас, ждут, чтобы повести эрдан к высшим сферам.

Она объяснила, что эрдан – ее слово; так киты называют народ земли.

Я повернулся к океану, ища взглядом Старейших, но воды были пустынны.

– Что ж, тогда я выбираю славу, – вставил Мэрэм. – Для нее и рождаются мужчины.

– А для чего рождаются женщины? – спросила Лильяна. – Сидеть взаперти дома, пока мужчины сжигают города и проливают кровь?

Кейн шагнул вперед и посмотрел на Мэрэма, потом на Лильяну.

– Будет ли следующая эпоха темной или светлой, решать не только мужчинам и женщинам. Я думаю, все существа примут в этом участие. Может быть, даже киты.

Теперь он тоже смотрел в океан. Однако единственное движение там исходило от Огонька, трепетавшего и переливавшегося над сверкающими волнами.

– Ты спрашивала их о камне Света?

Все, даже Огонек, придвинулись ближе.

– Конечно, спрашивала. Думаю, их сильно удивило, что мы стремимся отыскать вещь , какой бы силой она ни обладала.

– К чему же тогда стремятся они?

– Просто жить. Они мудро стремятся прожить жизнь так, как должно.

И это воистину великая мечта , – подумал я, глядя на золотую чашу, мерцавшую среди камней на утесе. – Но как может жизнь быть прожита вообще, если тьма, которой нет конца, падет на землю подобно холодной зимней ночи?

– Старейшие знают, где находится камень Света?

– Они знают, где находится что-то . Мне говорили о камне, который источает свет.

– Многие камни источают свет, – покачал головой мастер Йувейн. – Даже яснокамни или младшие джелстеи.

– Думаю, это не яснокамень. Старейшие упоминали остров на севере, где находится великий кристалл – самый могущественный джелстеи, который они когда-либо ощущали.

– Да, но является ли он Джелстеи?

– Хотелось бы мне знать.

Мастер Йувейн протянул дрожащий палец к фигурке, на которую смотрела Лильяна.

– Старейшие сказали, что это за остров?

– Их слова не похожи на наши. Пытаться понять их названия – то же самое, что попытаться схватить воду.

– Ясно. Но они ведь сказали, где он находится?

– Похоже, что к западу отсюда – там садится солнце по вечерам.

– Очень хорошо, а как туда добраться? Киты наверняка знают.

– Конечно, знают. Но они не ориентируются по звездам, как мы. По-моему, они… создают карты суши и моря при помощи звуков. Когда они говорят друг с другом, то видят эти карты. Но я не могу.

– Так ты ничего не увидела?

– Только очертания острова. Он похож на морского конька.

Мастер Йувейн замолчал и устремил яркий взор в сторону океана.

Мэрэм, который, несмотря на свои слабости, все же оставался студентом Братства, сказал:

– К западу отсюда лежат Неду, Тали и десяток тысяч островов. Кто знает, какой из них по форме напоминает морского конька?

Знал мастер Йувейн. Знания, которые он почерпнул из древних книг, всегда поражали меня. Как и его память.

– Когда я был новообращенным, то читал о маленьком острове рядом с Тали, где каждую весну собираются огромные стаи лебедей. Его называют Лебяжьим островом; также рассказывают, что он имеет форму морского конька.

Теперь и я устремил взгляд на запад. Солнце поднималось за спиной, простирая над миром золотые лучи. В его сиянии над синими водами мне привиделся камень Света.

– Тогда нам туда. – Я посмотрел на Атару и Кейна, на Мэрэма, мастера Йувейна, Альфандерри и Лильяну. Я не слышал слов согласия, однако мне не требовался синий джелстеи для того, чтобы знать, что их мысли созвучны моим.