– Я не оскорблю тебя, если скажу, что это прекрасный край? – спросил Мэрэм, ехавший бок о бок со мной. – Почти такой же прекрасный, как Меш.

– Красота никогда не может оскорбить, – ответил я, глядя на друга и пытаясь улыбнуться. – Ничто ведь не мешало тебе строить глазки жене короля Хэдэру?

– Строить глазки? – Мэрэм покраснел. – Ничего подобного! Я лишь выказал ей свое внимание. Нужно быть благодарным миру, создавшему такую красоту.

– Похоже, ты влюбился, – с улыбкой произнес я.

– Да, это так.

– Ты ведь только вчера ее встретил – и даже не был представлен как следует. Как ты мог в нее влюбиться?

– Разве рыбе требуется быть представленной для того, чтобы любить воду? Разве цветку требуется больше секунды, чтобы полюбить солнце?

– Но Айриша – женщина.

– О да, истинная женщина – и что с того? Когда ты заглядываешь женщине в глаза, ты заглядываешь в ее душу. И уже тогда знаешь.

– Думаешь, все так просто?

– Ну конечно – что может быть проще, чем любовь?

На самом деле, что? Не зная ответа, я смежил усталые веки и улыбнулся.

– Как ты думаешь, сколько ей лет? Восемнадцать? – продолжил Мэрэм. – Король Хэдэру решил заронить свое старое семя в такую незрелую почву. Вряд ли оно прорастет. А после смерти короля я вернусь за ней.

– Но как насчет Бихайры? Я думал, ты любишь ее.

– О, моя сладкая Бихайра… Да, наверное, я люблю ее. Но Айришу, пожалуй, я люблю больше.

Интересно, удастся ли Мэрэму вернуться к этим двум женщинам – или вернуться вообще? Король Хэдэру благополучно здравствовал у себя во дворце, а его рыцари все еще вели преследование. В паре сотен ярдов от нас развевались на ветру их яркие сюрко, а боевые кони неутомимо бежали вперед.

Пару раз мы остановились поесть и напоить лошадей. Ишканы вроде бы не возражали против этих коротких передышек. Они могли преследовать нас, доводя до полного изнеможения, но, все-таки будучи рыцарями, не хотели убивать наших лошадей. Утро постепенно переходило в день, солнце светило все ярче. Оно нагрело мои доспехи; хорошо, что ткань сюрко закрывает большую часть разогретых стальных колечек. Дневное тепло разморило меня, и я с трудом различал каменные громады гор на востоке и высочайшие пики впереди. К полудню мы проехали мимо Йарвэна, прелестного маленького городка, напомнившего мне Лэшку в Меше. Я полагал, что граница Эньо и мост Ару-Эдар лежат в десяти или двенадцати милях дальше по дороге, так что позволил Эльтару остановиться и повернулся к Мэрэму и мастеру Йувейну.

– Будет лучше, если дальше вы поедете без меня.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Мэрэм.

Я указал на дорогу, стремившуюся на север подобно сверкающей каменной ленте.

– Ишканы не последуют за вами через мост.

– А куда поедешь ты?

Теперь я указал на холмистую местность между озером Ош и горами на севере.

– Если только менестрель моего отца не соврал, дальше к западу есть проход. Встретимся в Сауво через несколько дней.

Я пояснил, что в Сауво король Дэнаша сможет предоставить нам убежище, а ишканы туда не сунутся.

Мастер Йувейн подогнал лошадь поближе и прохладной рукой дотронулся до моего лба.

– Ты весь горишь, Вэлаша, – лихорадка может убить тебя прежде, чем это сделают ишканы. Тебе нужен отдых.

– Не спорю. – Я на мгновение прикрыл глаза и попытался вспомнить, зачем вообще отправился в это бесконечное путешествие. – А миру нужен покой, но он все равно должен вращаться.

– Мы не оставим тебя одного, – сказал мастер Йувейн.

– Да, не оставим, – подхватил Мэрэм. Теперь, когда он произнес эти слова, на его лице отразилось сомнение, однако он продолжал разглагольствовать: – Мы последуем за тобой даже сквозь врата ада, мой друг!

– А как ты думаешь, куда мы направляемся? – улыбнулся я. С этими словами я повернул Эльтару на запад и съехал с дороги.

Ишканы, должно быть, встревоженные новым направлением нашего пути, сдвинули ряды и подъехали ближе. Почва под копытами лошадей была слишком бедной для того, чтобы выращивать на ней злаки, так что ферм здесь было немного. Редкие деревья давно вырубили на дрова или для строительных проектов. Я надеялся найди какую-нибудь более серьезную защиту от безжалостной бдительности лорда Ишшура и лорда Нэдру. Воистину, я надеялся на густые леса, в которых мы могли бы затеряться.

В этой части Ишки леса росли только на крутых склонах гор, возвышавшихся на севере. Я решил было ехать прямо туда, однако усомнился, что это удачная мысль. Вряд ли я или наши лошади, даже Эльтару, найдем в себе силы пересечь эту каменистую территорию. И даже если мы сбежим от лорда Ишшура и его рыцарей, нам предстоит миновать один из трех проходов в этой части границы. Любой гарнизон, охраняющий их, задержит нас до тех пор, пока не подъедет лорд Ишшур. Единственный неохраняемый проход – если его можно так назвать – лежал несколькими милями дальше, за голыми волнистыми предгорьями. Я собрал всю свою волю для того, чтобы направить Эльтару по этому пути; впрочем, ничего лучшего придумать все равно не удалось.