Шок поразил ее, словно удар грома. В ушах зашумело, и вокруг сгустилась темнота. Только рука Дэвида, обнимающая ее, не позволила ей упасть.

Когда Лаура открыла глаза, она лежала на кушетке в гостиной, показавшейся ей знакомой. Потом в голове начало проясняться, и она поняла, что находится в личных апартаментах Дэвида. Он сидел рядом с ней, напряженно вглядываясь в ее лицо.

– Как ты себя чувствуешь? – В голосе слышалась странная смесь гнева и беспокойства.

– Все в порядке, – с трудом выговорила она.

– Ты меня просто поразила, – пробормотал Дэвид.

Поразила? Это наверняка было ничто по сравнению с шоком, который пережила она. Но признаваться в этом было нельзя.

– Извини... – Нужно было как-то объяснить причину своего обморока. – Там было так жарко, и мне не стоило пить этот бренди. Я вообще плохо переношу спиртное... – Глубоко вздохнув, она добавила:– Очень неприятно, что я, как дура, при всех упала в обморок.

– Не думаю, что многие это заметили – кроме Феликса, конечно.

Феликс Бартрам... Кузен Артура и его лучший друг... Их сходство было столь велико, что на мгновение ей показалось, будто Артур вернулся...

Сжав руки, Лаура выждала несколько секунд и только потом спросила:

– Это и есть тот человек, с которым ты меня хотел познакомить?

Лицо Дэвида напряглось, но он просто ответил:

– Да.

По телу Лауры пробежала дрожь. Ей вдруг пришла в голову мысль, не устроил ли Дэвид эту встречу намеренно, надеясь, что она выдаст себя.

Нет, конечно нет! Ведь это означало бы, что он знает, кто она... Неужели он играет с ней в кошки-мышки, ожидая, когда у нее не выдержат нервы?

Нет, он не может быть таким жестоким! Ее сердце дрогнуло: она знала, что он – может.Он ненавидел Сэнди, а быть жестоким с тем, кого ненавидишь, очень легко...

Между тем Дэвид как ни в чем не бывало продолжал:

– Феликс – двоюродный дядя Сэнди и, не считая меня, ее единственный родственник. Я давно с ним не виделся: он работает в Канаде, но сейчас едет на юг. Его давняя подружка живет недалеко отсюда, и когда он узнал, что я сейчас на Верхнем озере, сказал, что заскочит по дороге.

Лаура села на кушетке, изо всех сил стараясь взять себя в руки.

– Он все еще здесь?

– Нет, он собирался уехать: погода портится, и он не хочет застрять здесь.

Скрывая облегчение, она сказала:

– Извини, что я испортила его визит. Дэвид покачал головой.

– Этот визит сослужил свою службу. – Лаура почувствовала, что кровь похолодела в ее жилах, а Дэвид спокойно добавил: – Он хотел всего лишь передать рождественский подарок Сэнди... – Его прервал стук в дверь. – А, это, должно быть, чай, который я попросил принести для тебя.

Дэвид встал и подошел к двери.

– Спасибо. Да, ей лучше, – услышала Лаура. – Нет, я уверен, что врач не требуется. Это просто от жары в зале.

Вернувшись с чайным подносом, он поставил его на низкий столик и налил ей чашку, добавив изрядное количество сахара.

– Я пью без сахара, – возразила она.

– Сладкий чай полезен при любых шоках и обмороках, – невозмутимо заявил Дэвид.

Лаура пожала плечами и начала пить сладкую горячую жидкость. Это оказалось очень кстати и подействовало быстрее, чем она ожидала. К тому времени, когда чашка опустела, она чувствовала себя значительно лучше.

Как только она поставила чашку на поднос, Дэвид снова сел рядом и взял ее за руку. Его пальцы крепко сжали запястье.

– Так лучше, – пробормотал он, – пульс уже нормальный и на лице появился какой-то цвет.

Его внимательность заставила ее порозоветь еще больше. Неожиданно испугавшись эффекта, который произвело его прикосновение, Лаура выдернула руку и резко заметила:

– Вовсе не обязательно сидеть со мной. Еще довольно рано, и если ты хочешь вернуться на вечеринку...

– У меня больше нет настроения. А у тебя?

– Я... я хотела бы лечь спать.

– Прекрасная мысль. – Голос его звучал глухо.

У Лауры участилось дыхание.

– Я думаю, что смогу добраться сама. Мне только нужна моя шуба и...

Дэвид покачал головой.

– Я решил, что мы останемся здесь. Я не хочу, чтобы ты выходила на улицу в такую погоду.

Мягкими движениями он начал вынимать из прически Лауры заколки и, как только шелковистые волосы упали ей на плечи, наклонился, чтобы поцеловать ее.