– Не понимаю, о чем вы говорите.

– О нарушении закона. Неужели вы настолько глупы, что осмелились выступить против Коммерческой артели?

– Как скажете, коммандер.

Он небрежно покачал головой, словно хотел отбросить все её обвинения. Если Ведена и удивило то, что Рош знает его историю, он этого никак не показал. Лишь в его кривой улыбке проскользнуло почти неуловимое презрение.

– Кто я такой, чтобы ставить под сомнение слова офицера Армады?

Секунд тридцать они смотрели друг другу в глаза, прежде чем Веден отвернулся, и улыбка исчезла с его лица.

– Во всяком случае, – со вздохом заметил он, закрывая глаза и откидываясь на спинку кресла, – мы живы. Все остальное сейчас не имеет значения.

– Для вас – может быть, – пробормотала Рош. – А вот для меня существенно то, что я должна провести с вами по меньшей мере пять часов.

Она не сводила глаз с эканди, дожидаясь ответной реакции, но тот сохранял невозмутимость, С типичной для своей касты дерзостью он решил прекратить разговор. Веден полностью отсек себя от внешнего мира, и Рош знала, что дальнейшие расспросы ни к чему не приведут. Может быть, подумала она, ситуация изменится, когда суринка придет в сознание.

– Я намерена осмотреть модуль, – заявила Рош. – Нужно выяснить, что здесь есть. Ты за ним присмотришь?

– Конечно, – кивнул Кейн.

– Если похитительница будет проявлять агрессивность, когда проснется, успокой её опять. – Слова Рош не вызвали никакой реакции со стороны неподвижно застывшего в кресле эканди. – Мы ещё не скоро окажемся в безопасности, и я не хочу, чтобы у нас возникли новые проблемы.

– Я понял.

Кейн сложил руки на груди, а Рош вышла из кабины.

Когда через пять минут она вернулась, Кейн сидел в той же позе. Идеальный часовой, подумала Рош. Пожалуй, он даже слишком хорош.

– Ящик ?

– Да, Морган.

– Следи за ним через мониторы кабины. Если он хоть что-нибудь предпримет, сразу же дай мне знать.

– А ты сама доверчивость, не так ли?

Вернувшись в кладовую, Рош даже не улыбнулась.

– Я не могу позволить себе такой роскоши, – сказала она, скорее себе, чем Ящику.

Четыре часа спустя голос Ящика вырвал её из глубокого сна. Рош даже не помнила, как заснула.

– Подъем, Морган.

Она резко подняла голову и поплыла к противоположной стене маленькой комнатки. По счастливой случайности ей удалось ухватиться за стойку и остановиться. Волна паники медленно отступила, когда глаза Рош приспособились к полумраку и она сообразила, что находится в кладовой посадочного модуля. Она пришла сюда, чтобы выяснить, какое здесь имеется оборудование, но слабое освещение и усталость... короче говоря, она сама не заметила, как уснула. Однако прежде Рош успела понять, что кладовая почти пуста: две аптечки, три переговорных устройства, шесть скафандров и запас продуктов на два дня – на пять, если ввести жесткие ограничения.

Единственным оружием на борту модуля были лазер Ведена и её пистолет.

– Морган. – На сей раз голос, прервавший её усталые размышления, звучал более жестко.

Рош протерла глаза и потрясла головой: – Да, Ящик. Как долго я спала?

– Слишком долго. Я бы позволил тебе ещё отдохнуть, но у нас кое-что произошло.

– В самом деле ? Что ?

– Суринка пришла в сознание.

Рош ещё раз тряхнула головой, чтобы окончательно избавиться от сонного тумана, окутавшего мысли, и направилась к двери, которая с негромким шипением отошла в сторону.

Рош выскользнула в узкий коридор. На модуле имелось ещё одно помещение с дверью – туалет. Сейчас там кто-то находился. Бросив в его сторону короткий взгляд, Рош вошла в кабину.

Кейн стоял у двери. Суринка, по-прежнему пристегнутая ремнями безопасности к своему креслу, лежала спиной к Рош.

Кейн бросил взгляд на вошедшую Рош, а потом снова повернулся к суринке.

– Я могу пользоваться периферийным зрением. – Прозвучал в сознании Рош голос суринки, хотя она обращалась к Кейну.

Очень необычное и неприятное ощущение – почти насилие; казалось, кто-то использует её мозг, чтобы формировать собственные мысли. Общение с Ящиком гораздо приятнее.

– Я восхищаюсь вашей стойкостью, – продолжала суринка. – Но я узнала, что Рош проснулась в тот самый момент, когда это произошло. Я могла бы взять её под контроль, если бы захотела. Однако я не стала её трогать.

Рош внимательно наблюдала за неподвижно стоявшим Кейном. В кабине царила полная тишина, но разговор продолжался.

– Я пытаюсь убедить вас, что мне можно доверять

В голосе суринки появились нотки отчаяния. Ей явно не нравилось то, что она связана.

– Мне известно, что я не в силах причинить вред вам. Но Рош... да, я знаю, что произойдет, если я попытаюсь. Просто я утверждаю, что мне это по силам. Почему вы мне не верите?

Рош откашлялась: – Где Веден?

Кресло рядом с суринкой оставалось пустым.

– В туалете, – ответила похитительница. – И перестаньте мысленно называть меня суринкой. Я Майи.