– Я уже усомнилась в вашем существовании, – сказала Рош, а когда Гейд улыбнулся, добавила: – Рада наконец встретиться с вами лицом к лицу.

Смех Гейда оказался веселым и естественным. Если бы не следы операций, его можно было бы назвать привлекательным человеком.

– Рад сказать то же самое о вас, коммандер Рош. Вы провели на планете всего два дня, но уже успели стать легендой.

– Уверяю вас, не по собственной воле. Случайное стечение обстоятельств.

– Ну, поверю вам на слово... Впрочем, довольно трудно представить себе, как можно случайно уничтожить целую эскадрилью КТПР.

Теперь пришел черед улыбнуться Рош.

– Я хотела сказать, что не собиралась участвовать в местных конфликтах.

– В самом деле? – спросил Гейд. – Каковы же ваши истинные намерения?

– Остаться в живых, – ответила она. – И естественно, завершить свою миссию.

– О да. Ваша миссия. – Гейд откинулся на спинку кресла, и на его лице появилось деловое выражение. – Вы уже несколько раз говорили о вашей миссии моим людям, но так ни разу её и не определили. – Он приподнял бровь. – Меня это тревожит.

Рош промолчала, раздираемая противоречивыми чувствами. Чтобы Гейд ей доверял, надо все ему рассказать, но может ли она сама довериться этому человеку?

Казалось, Гейд догадался о её сомнениях.

– Хорошо понимаю ваше нежелание быть откровенной, коммандер Рош. Я испытываю аналогичные трудности. Как глава повстанцев, я не вправе заботиться только о собственных интересах. Вы в состоянии оказать нам колоссальную помощь – или причинить огромный вред. Боюсь, мои сомнения разрешит лишь время.

Он положил руку на колени.

– Поэтому я предлагаю вам пока забыть о вашей миссии и сосредоточиться на других проблемах. Силах безопасности КТПР, например. Вы от них скрываетесь. Почему?

– Потому что они коррумпированы. Я была пассажиром на корабле Армады, который они уничтожили двое суток назад...

– Да, мы видели взрыв. В новостях сообщалось., что произошла авария.

– Ложь. Когда «Полночь» подходила к Обители, на неё неожиданно напали корабли Дато. Нам чудом удалось спастись, и мы спрятались среди обломков. Мы совершил посадку на планету, и местные власти попытались нас захватить. Из чего я сделала очевидный вывод, что губернатор сотрудничает с Блоком Дато.

– Предательство?

– Да, – кивнула Рош. – В обмен на деньги.

– Эта планета живет, подчиняясь кодексу наемников. Впрочем, ей больше нечего предложить. – Казалось, Гейда забавляют пустяки, с которыми» ему приходится сталкиваться в повседневной жизни. – Так близко к границе с Дато подобные компромиссы представляются неизбежными – по меньшей мере возможными. Итак, мы возвращаемся к вопросу: почему вы здесь? Если вы или ваш груз представляете такую ценность, почему вы оказались в таком опасном месте?

Рош довольно долго обдумывала ответ, но в конце концов сказала правду: – Прикрытие.

Гейд кивнул и улыбнулся: – Прикрытие, которое вы пытаетесь сохранить. Понимаю.

Но скажите, почему, когда речь шла о вашем спасении с «Полуночи», вы использовали местоимение «мы», а не «я»?

Рош посмотрела на Кейна, который не спускал глаз с Гейда.

– У меня с собой ИИ. Он был моим единственным спутником до спасения с «Полуночи». Остальные оказались со мной случайно.

– В самом деле? Я ждал прибытия Ведена и Майи. Появление же другого вашего спутника стало для нас совершено неожиданным.

Повернувшись к Кейну, он постучал по своим зубам кончиками пальцев. Послышался странный звук – словно пальцы Гейда были из пластика, а не живой плоти.

Кейн, не мигая, встретил взгляд лидера повстанцев.

– Вы похожи на солдата, – заявил Гейд. – Офицер Армады?

– У меня нет никаких обязательств перед Содружеством империй.

– Значит, охотник за сокровищами? Или наемник?

– Нет.

– Шпион?

– Нет.

– Тогда кто же вы? Не сомневаюсь, что вы не заключенный.

– Я не знаю, кто я такой. Возможно, беженец.

– Мне трудно себе представить, от кого вы можете бежать. – Гейд улыбнулся. – Эммерик с благоговением описывает ваши возможности. И вы полагаете, что я поверю в то, что ваши способности естественного происхождения?

– Его нашли в спасательной капсуле перед тем, как мы совершили прыжок в систему Хаттон-Луу, – вмешалась Рош. – Он ничего не помнит о том, что с ним произошло до этого.

Только свое имя. Если вы ему не верите, спросите у Майи.