— Я встречался с Гедаллом и видел некоторых его людей, — начал он осторожно.

Сферг прекрасно владел собой. Может быть, он вообще не испытывал человеческих эмоций.

— Прекрасно… С тех пор, как исчез твой отец, мне не хватало своего человека в Валидии.

Десятки обрывочных мыслей пронеслись в голове Люгера, но все они оказались бесплодными. Он не знал главного — кем был на самом деле его загадочный родитель. Люгера-старшего считали своим слугой оборотни Земмура и узурпатор с дальнего юга, связанный с черными магами острова Лигом…

Слот понял, что окончательно запутался, и подумал о своем беспутном старике чуть ли не с умилением — Стервятник считал себя вполне законченным авантюристом, но, похоже, ему было далеко до отца. Тот умудрился оставить в наследство сыну одни только зловещие тайны и тяжкий груз неведомых преступлений. Наследник не испытывал ни малейшего желания платить по чужим долгам, особенно если это было сопряжено с потерями и смертельным риском.

Зато теперь немного прояснились истинные причины происходящего и выстраивалась любопытная картина. Не хватало лишь кое-каких мелких деталей, чтобы связать между собой обращение Алфиоса в новую веру, захват власти Сфергом, исчезновение Арголиды, появление летающего корабля у стен Тегинского аббатства и долгие скитания принцессы Тенес, которую Слот знал как служанку по имени Сегейла.

— Ну что ж, — сказал Сферг. — Убивать тех, кто может оказаться полезным, не в моих правилах. Хотя твой приход спустя тридцать лет и выглядит довольно странно… Если это игры твоего старика, то я достану его из-под земли. Однако, думаю, что на самом деле все обстоит гораздо проще — с тобой он решил вернуть мне свой старый должок…

Люгер хорошо запомнил эти слова. Они поразили его, хотя он и не понял их до конца. Только теперь он обратил внимание на возраст Сферга. На вид узурпатору вряд ли было больше сорока лет, во всяком случае, он никак не мог иметь общих дел с Алфиосом и Люгером-старшим во времена их молодости…

Сферг, не давая Стервятнику опомниться, продолжал:

— Через неделю ты отправишься с Ховелом за принцессой. Привези мне ее — или барон привезет твою голову. Сделай то, что я приказываю, и, может быть, тогда я хоть немного поверю тебе…

Решение узурпатора перечеркивало все ожидания Люгера. Кроме того, последней фразой Сферг давал понять, что у Слота в любом случае оставалось немного шансов сохранить свою жизнь. И все же он был вынужден до конца играть навязанную ему роль.

Люгер поймал на себе пристальный взгляд Арголиды. Она облизнула губы кончиком влажного языка, затем томно опустила ресницы. Эти старые, хорошо знакомые женские штучки сейчас сказали ему о многом. И не раздражали, как обычно.

Присутствие Арголиды давало Стервятнику некоторую надежду. Мизансцена была полностью готова, персонажи драмы не отличались оригинальностью — могущественный хозяин талисмана, его прекрасная любовница, вор с бриллиантами в кармане и аббат, способный умертвить родную мать. Осталось только подтолкнуть действие.

Вот когда Кравиус вздохнул с облегчением — он понял, что не ошибся в своем выборе. Люгер предпочел большую и смертельно опасную игру ничтожной роли покорного прихлебателя.

— Мне нужен этот человек, — сказал Стервятник, показывая на аббата.

Он отдавал себе отчет в том, что рискует головой. — Без его помощи я вряд ли найду Гедалла и Тенес.

Краем глаза Люгер заметил, как в бешенстве сжал челюсти барон Ховел, которого лишили уже наполовину проглоченной добычи. Слот даже подумал, не совершает ли роковую ошибку. Тот день, когда он услышал пророчества Слепого Странника на дороге в Фирдан, принадлежал далекому, почти нереальному прошлому.

Теперь, после того как Люгер увидел владения Сферга и мощь его «Бройндзага», легендарный Небесный Дракон стал казаться ему единственным оружием, которое могло противостоять чуме, медленно, но неотвратимо надвигающейся с юга. Если, конечно, его не обманывал самый лживый из святых отцов.

Уже в течение нескольких минут аббат Кравиус не отводил взгляда от светящегося пятна на груди властелина Морморы.

Только сейчас Сферг обратил внимание на толстого измученного человека, благоразумно державшегося позади барона. Узурпатор подошел к нему и двумя отставленными пальцами опустил его веки, что явилось для аббата еще одним болезненным и унизительным испытанием.

Увидев татуировки, Сферг рассмеялся и убрал руку. Потом он произнес фразу на незнакомом Люгеру примитивном языке, почти сплошь состоявшую из односложных слов.

Удивленно выпучив свой единственный глаз, Кравиус быстро закивал в ответ и наклонился, демонстрируя Сфергу металлическую пластину в черепе. Тот со смехом и чуть брезгливо оттолкнул от себя толстяка, лицо которого покрылось крупными каплями пота. Сцена получилась весьма красноречивой.

— Ладно, ты тоже отправишься за принцессой, — объявил узурпатор. — Тебя-то я найду где угодно…

Люгер ожидал чего-то в этом роде. Он понимал, что Кравиус рассказал ему далеко не все. Однако теперь возможное путешествие на юг представлялось Стервятнику совсем в другом свете…