Его пальцы продолжали дергаться в этом ритме еще несколько минут после того, как его вынули из его маленькой коробки. Лед с треском слетел со спины форменной куртки, когда его попытались выпрямить. Долгое время из него нельзя было вытянуть ни слова, только шипящий свист. Лишь глаза его горели.

Плавая в обогревательном резервуаре в лазарете базы, Майлз придумывал мучения для двух диверсантов из гаража и рассматривал их под разным углом. Например, вниз головой. Свисающими с антигравных саней, летящих над морем на низкой высоте. А еще лучше воткнутыми по горло в трясину во время снежной бури… Но к тому времени, как его тело согрелось, а медик вынул его из резервуара, чтобы он смог вытереться, пройти еще один осмотр и съесть положенную порцию пищи, его гнев остыл.

Случившееся не было попыткой убийства. А значит, это было не то дело, которое он был бы вынужден представить на рассмотрение Саймону Иллиану — нагоняющему страх шефу Имперской Безопасности и левой руке отца Майлза. Видение зловещих офицеров СБ, которые приходят, чтобы забрать двух шутников и увести их далеко-далеко, было приятным, но непрактичным, вроде как стрелять из мазера по мышам. И вообще, в какое место, хуже чем это, могли бы их заслать офицеры СБ?

Наверняка они хотели, чтобы его скутер затянуло в трясину, пока он обслуживал метеостанцию, и Майлзу пришлось бы униженно вызывать базу и запрашивать грузовик, чтобы вытянуть его. Унизительно, но не смертельно. Они не могли — и никто не мог — предугадать майлзову вдохновенную предосторожность с цепью, каковая предосторожность, как показывает итоговый анализ, чуть его не убила. Максимум, это было дело для армейской СБ, что, в общем, достаточно неприятно, или для обычного дисциплинарного расследования.

Он свесил ноги со своей койки — одной из нескольких в пустом лазарете — и отодвинул недоеденный обед на подносе. Медик вошел и глянул на остатки.

— Как вы себя сейчас чувствуете, сэр?

— Прекрасно, — ответил Майлз мрачно.

— Вы, э, не доели обед.

— Я часто не доедаю. Мне всегда дают слишком много.

— Ну да, полагаю, вы довольно, хм… — Медик сделал запись в своей отчетной панели, склонился, чтобы обследовать уши Майлза, и нагнулся исследовать пальцы на ногах, катая их между опытными пальцами. — Не похоже, что вы потеряете какие-нибудь кусочки. Повезло.

— Вы часто имеете дело с обморожением? — «Или я единственный идиот?» Текущие наблюдения свидетельствуют в пользу такого предположения.

— О, когда приедут солдатики, в этом месте будет тесно. Обморожение, пневмония, переломы костей, контузии, сотрясения… Здесь все оживает с приходом зимы. От стенки до стенки — придур… неудачливые курсанты. И несколько неудачливых инструкторов, которых они прихватывают с собой. — Медик поднялся и ввел еще несколько позиций в свою панель. — Боюсь, я вынужден вас пометить как выздоровевшего, сэр.

— Боитесь? — Майлз вопросительно поднял брови.

Медик выпрямился, приняв бессознательную позу человека, приносящего официальные дурные вести. Этот знакомый взгляд типа «мне приказали это сказать — я не виноват».

— Вам приказано прибыть с докладом в кабинет командующего базы, как только я вас выпишу, сэр.

Майлз обдумал, не испытать ли ему немедленный рецидив? Нет. Лучше расправиться с неприятными делами сразу.

— Скажите, медик, кто-нибудь когда-нибудь топил гусеничный скутер?

— О, конечно. Солдатики теряют около пяти или шести за сезон. Плюс, бывает, слегка завязнут. Инженеры жутко бесятся по этому поводу. Командир пообещал, что в следующий раз он… хм! — Медик примолк.

«Чудесно», — подумал Майлз. Просто замечательно. Он предчувствовал — что-то будет. Впрочем, трудно было не предчувствовать.

Майлз бросился в свою комнату, чтобы быстренько переодеться, предчувствуя, что больничная роба не будет подходящей формой одежды для предстоящей встречи. Он сразу же обнаружил небольшую проблему. Его черная рабочая форма казалась слишком неофициальной, а парадная зеленая, напротив, слишком формальной для любого заведения, кроме Имперского Генерального Штаба в Форбарр-Султане. Брюки и полуботинки от повседневной зеленой формы все еще находились на дне трясины. С собой он привез только по одному экземпляру формы каждого стиля: запасная одежда была, предположительно, в пути и еще не прибыла.

Он едва ли был в состоянии занять одежду у соседа. Его форма была сделана в частном порядке как раз под него, по цене примерно в четыре раза выше обычного имперского варианта. Часть этой цены выплачивалась за то, чтобы его форма внешне не отличалась от формы, изготовленной машинным способом, и в то же время частично скрывала несообразности его тела с помощью тонкой ручной портновской работы. Он тихо выругался и натянул парадную зеленую форму, в полном наборе — с начищенными до зеркального блеска высокими сапогами. По крайней мере, сапоги избавляли от необходимости носить скобы на ногах.

«Генерал Станис Метцов. Командующий базой», — гласила табличка на двери. Майлз старательно избегал командующего базой с самого момента их первой неудачной встречи. В компании Ана это было не так уж трудно сделать, даже несмотря на ограниченную населенность острова Кайрил в этом месяце: Ан избегал всех! Сейчас Майлз жалел, что не приложил побольше усилий к завязыванию разговоров с собратьями-офицерами в столовой. Позволить себе оставаться в изоляции, даже для того, чтобы сконцентрироваться на новых обязанностях, было ошибкой. За пять дней даже самых случайных разговоров кто-нибудь обязательно упомянул бы о прожорливой убийственной грязи острова Кайрил.