Мы с наслаждением вдыхали ароматный дымок.

— По правде говоря, я не отказалась бы сейчас от хот-дога, — мечтательно сказала Шерлок. — С помидорами, зажаренной картошкой и маринованными огурчиками в укропе.

— А к ним — горячие лепешки, — подхватил Сэвич, потирая руки и ухмыляясь во весь рот.

Позади него зашуршали ветки. Из-за дерева выглянул пятнистый геккон, с любопытством посмотрел на нас и тут же снова исчез среди листвы.

Вся наша компания словно сошла с полотна Иеронима Босха; правда, на какое-то время нам удалось прикинуться, будто ничего не произошло, все нормально. Ближе к вечеру появились жуки. Слышно было, как они шныряют прямо у нас над головами. Их много, и они явно голодны.

Я улыбнулся Лоре:

— Мы настоящие гении. Ты только посмотри на костер!

Но Лора ничего не ответила. Взгляд ее устремился куда-то вправо, через канавку, откопанную Шерлок; лицо стало белее вареного риса, она с трудом прошептала мое имя.

Я вытащил из-за пояса пистолет и медленно повернулся.

Присев на задние лапы, из которых торчали такие длинные и острые когти, что одного удара было бы достаточно, чтобы отхватить мне половину физиономии, на нас не отрываясь смотрел золотисто-бурый броненосец. Нет, не из тех малышек, что выскакивают порой на дороги в западной части Техаса, а настоящий броненосец-гигант — я и в зоопарке таких прежде не видел, разве что на картинках. У него была вытянутая морда и маленькие злые глаза, которыми он буквально буравил нас; шкуру его покрывал беловатый пушок, отчего огромные когти казались еще страшнее.

— Не бойся, — прошептала Лора, — на людей он не нападает, червями питается.

— Это меня утешает. — Я опустил пистолет. Если неподалеку есть люди, их наверняка привлечет шум. Сэвич перебросил мне камень, и я швырнул его в животное, но промахнулся: задев листья, камень плюхнулся в шести дюймах от чудовища. Броненосец издал странный шипящий звук и скрылся в листве.

Все облегченно вздохнули.

Пора было приниматься за еду. С помощью ножниц Сэвич очистил манго, а бананы доверил мне.

Перед тем как отправить в рот первый кусок, я подозрительно посмотрел на него. Впрочем, вряд ли лесными фруктами можно отравиться. Каждый из нас съел всего по паре манго и одному банану, закусив драгоценными шоколадками.

— Сейчас всего восемь вечера, — сказала Шерлок. — А какой день, кто-нибудь знает?

— Хорошо бы среда, — откликнулся Сэвич, — дома мы бы сейчас уложили Шона и мирно попивали мой любимый французский кофе.

Улыбнувшись этой мысли, Шерлок придвинулась поближе к Лоре и приложила ладонь к ее щеке.

— Слушай, Мак, когда ты в последний раз давал ей аспирин?

— Два часа назад.

— По-моему, у нее начинается лихорадка. Надо бы ей прополоскать горло — во всяком случае, так советовал доктор, когда у Шона поднялась температура.

Я уже привык к длинным ночам, но эта показалась мне бесконечной. Жуки не умолкали ни на минуту, вокруг все время что-то шуршало, ползало, хлопало крыльями…

Мою полудрему нарушило движение Лоры. Наверное, это от лихорадки, подумал я. Заставив ее напиться, я тесно прижал Лору к себе, и это подействовало: она перестала дрожать и на несколько часов погрузилась в целительный сон.

Нам надо было как можно скорее отыскать следы цивилизации. А то, как бы снова не угодить в лапы еще какого-нибудь наркодельца.

На следующее утро мы выпили еще бутылку нашей драгоценной воды, съели два плода манго, три банана и остатки шоколада.

Когда мы собрались трогаться, Сэвич посмотрел на меня:

— Позволь мне понести Лору, Мак, а не то ты вконец загонишь себя. Лучше пока руби ветки, а после полудня мы поменяемся.

Вскоре мы вышли на относительно открытое место, так что мачете не понадобилось.

Лихорадка Лоры спала, и, насколько можно судить, окончательно, но силы еще не вернулись к ней. Края ее раны покраснели и опухли, однако гноя не было, Я пустил в ход остатки мази. Трудно сказать, насколько это серьезно, однако ясно одно: медикаменты подходят к концу и настоящего врача с чемоданчиком, на котором нарисован красный крест, здесь ожидать не приходится.

— По-моему, мы вчера под конец отклонились немного к югу, — сказал я Сэвичу. — Бери западнее, и хорошо бы не сбиться.

— Да доберемся куда-нибудь в конце концов, — сказала Шерлок, смахивая с колена какую-то мошку. — Не так уж велика наша планета.

— Вот именно, — добродушно согласился Сэвич. — Шерлок, ты идешь впереди, а Мак — замыкающим. Да по сторонам не забывайте поглядывать.

Некоторое время спустя пошел дождь, и Шерлок снова удалось, соорудив из крупных листьев ковш, набрать свежей воды. Однако беда была в том, что мы промокли до нитки и просохнуть нам было негде.

Земля опять превратилась в жижу, и листва становилась все гуще, особеннр внизу. Мне пришлось взяться за мачете, ладони у меня горели.

Случайно наткнувшись, на островок солнечного света, Сэвич расстелил на земле одеяло, другим обернул бувылку и положил ее Лоре под голову. Мы развели небольшой;