— Конечно, ведь ты проучил его! — негромко буркнула Керен. — Необходимо какое-то время, чтобы…

Бернак резко повернулся в ее сторону, выхватил ее меч и вонзил его в середину костра. Керен вскочила, стряхивая с одежды взметнувшиеся искры.

— Скажи это еще раз мне в лицо, женщина, и я убью тебя.

В его взгляде сквозило бешенство. Его трясло от сдерживаемой ярости, и в какой-то миг Керен показалось, что сейчас он ударит ее. За стенами разрушенной залы послышался какой-то шум. Вбежал стройный юноша в черном, он бросился к Бернаку и упал перед ним на колени:

— Мой господин, мы нашли его!

Бернак заметно обрадовался. Он даже протянул руку и потрепал темные кудри юноши. Керен постаралась ничем не выдать своего отвращения.

— Фолин, мальчик мой, где?

В лице юноши светилось безграничное обожание.

— В городке Ведло, господин. Они начали грабеж чуть меньше часа назад.

Бернак хищно ухмыльнулся и, все еще поглаживая юношу по голове, посмотрел на Керен.

— Возьми второй и третий отряды, перекройте им все пути. Я с первым отрядом поеду прямо туда и лично разберусь с Шаленгом.

Лагерь разом ожил, все приказы были отданы, костры потушены. Бернак поднял Фолина с колен, и они ушли вместе. Керен встала и вытащила меч из костра, потянув его за гарду. Обернутая кожей рукоять меча была горячей, на лезвии остались горящие угольки. Некоторое время казалось, что горит сам меч. Она ударила мечом о черный камень, лежащий у костра, и искры потухли.

— Керен? — позвал чей-то голос.

«Хватит, — подумала она, пристально глядя на лезвие меча. — Хватит».

Она развернулась и увидела Домаса и Кизо, капитанов второго и третьего отрядов.

— Все лазутчики вернулись? — спросила она.

Домас улыбнулся и кивнул:

— Все, и все без единой царапины.

— Что ж, готовьте людей. Ночь предстоит не из легких.

Капитаны ушли, а Керен нагнулась, чтобы надеть башмаки. Потом она достала из-за пояса тряпку и стерла копоть с лезвия, прежде чем убрать оружие в ножны. Она подозревала, что Фолин и Бернак наблюдают за ней из-за развалин, но решила не обращать внимания. Она развернулась и пошла к лошадям вслед за капитанами, на ходу застегивая пуговицы своей кожаной безрукавки.

«Здесь больше нет для меня ничего, — горько подумала она. — И зачем я остаюсь?»

Они спустились с Нагирских гор, словно голодные волки. Шел холодный моросящий дождь, превращающий землю под ногами в жидкую грязь, но их лошади были специально вымуштрованы для походов, ни одна из них не оступилась и не поскользнулась.

Ведло был небольшим городишкой, зажатым между поросшими лесом холмами и северным берегом реки Друн, несущей свои воды дальше, на юго-запад Хоньира. Когда они доехали до холмов, Керен приказала Кизо остаться здесь со вторым отрядом и задерживать всех проезжающих по дороге. Кизо и его люди исчезли за деревьями, а она сама направилась дальше, на северо-восток, вместе с третьим отрядом.

При свете потайных фонарей она с одним из лазутчиков вела за собой тридцать всадников по узкой лесной дорожке. Атака должна быть быстрой и яростной, но при этом хорошо просчитанной: нужно будет перекрыть северную дорогу, захватить причалы, а потом уже войти в город. Времени оставалось немного, вот-вот появится отряд Бернака, идущий с юга.

«Будьте там, — сказал он всем, уезжая. — Я не хочу делать всю работу сам».

Керен негромко ругалась, вытирая дождевую воду с лица свободной рукой. Деревья впереди начали редеть, замелькали огни Ведло, где-то в центре города полыхал огромный огонь, подымая вверх струю густого дыма и снопы искр.

Лазутчик, низенький тощий долбариец по прозвищу Пак, повернулся, прижав палец к губам.

— Тише, — прошептал он.

Предостережение тут же передали по цепочке, а лазутчик указал пальцем на хижину сразу за северным въездом в город, потом на другую — на берегу реки.

— Караулы? — уточнила Керен.

Пак кивнул, подняв три пальца. Керен отдала приказ Домасу и еще шестерым взять на себя заботу о караульных Шаленга, но не успели они спешиться, как откуда-то с юга до них донесся тревожный крик. Крик тут же прервался и перешел в приглушенное бульканье, но он успел сделать свое дело: из хижин начали выскакивать люди с зажженными факелами, городские бежали к ним на помощь.

— Проклятый Кизо! — пробурчала Керен, отдавая приказ: — На город!

Всадники развернулись между деревьями и двинулись с места, обнажая мечи. Выехав на открытое пространство, они образовали пары и кинулись на врага.

Клинки отряда Керен замелькали как молнии. Часть всадников спешилась, преследуя головорезов Шаленга и высматривая их главаря. Керен отбивалась от двух теснящих ее воинов, один держал в руке меч, у другого было копье. Первый взмахнул мечом перед мордой у лошади, и Керен удалось подставить под удар башмак, одновременно парируя выпад человека с копьем. Но она сделала это неудачно, копье скользнуло по ее доспехам и попало лошади в холку. Животное заржало и встало на дыбы. Она изо всех сил сдерживала лошадь, одновременно перерезая горло копьеносцу. Тот упал, обливаясь кровью, а она развернулась, уже готовая принять смерть от человека с мечом, который нацелился в ее незащищенный бок.