— Вставай, сукин сын, — позвал его радостный голос. — Рэт-Мен пришел за твоей бледной задницей.

Ларри оглянулся. У двери камеры стоял ухмыляющийся чернокожий пират с ожерельем из серебряных долларов на шее и обнаженной саблей в руке. Из-за его спины выглядывал очкастый бухгалтер. Берлсон, так, кажется, его звали.

— Что такое? — спросил Ларри.

— Дорогой мой, — сказал пират. — Это конец. Самый-самый конец.

— Хорошо, — сказал Ларри и встал.

Берлсон быстро заговорил, и Ларри заметил, что он испуган.

— Я хочу, чтобы вы знали, что это не моя идея.

— Насколько я понимаю, ничто здесь не является вашей идеей, — сказал Ларри. — Кто был убит вчера?

— Бэйтмен, — ответил Берлсон, опустив глаза. — При попытке к бегству.

— При попытке к бегству, — пробормотал Ларри и расхохотался. Рэт-Мен присоединился к нему.

Дверь камеры открылась. Берлсон вошел внутрь с наручниками. Ларри не оказал никакого сопротивления; только вытянул руки. Берлсон надел наручники.

— При попытке к бегству, — сказал Ларри. — Когда-нибудь и вас застрелят при попытке к бегству, — сказал Ларри. — Когда-нибудь и вас застрелят при попытке к бегству, Берлсон. — Он перевел взгляд на пирата. — И тебя тоже, Рэтти. При попытке к бегству. — Он снова засмеялся, но на этот раз Рэт-Мен не поддержал его. Он хмуро посмотрел на Ларри и стал поднимать свой меч.

— Опусти эту штуку, чертов козел, — сказал Берлсон.

Втроем они вышли из камеры: Берлсон впереди, потом Ларри. Рэт-Мен замыкал шествие. Когда они вышли за пределы крыла, к ним присоединились еще пять человек. Одним из них был Ральф, тоже в наручниках.

— Эй, Ларри, — скорбно сказал Ральф. — Ты слышал? Они сказали тебе?

— Да.

— Ублюдки. Скоро им крышка, верно?

— Да.

— Заткните пасти! — прорычал один из охранников. — Это вам крышка. Сейчас посмотрите, что вас ожидает. Очень веселое развлечение.

— Да нет же, вам крышка, — настаивал Ральф. — Разве вы не знаете этого? Разве не чувствуете?

Рэтти толкнул Ральфа, и тот споткнулся.

— Заткнись! — закричал он. — Рэт-Мен больше не желает слушать эту поганую шаманскую болтовню!

— Как ты побледнел, Рэтти, — сказал Ларри с усмешкой.

Рэт-Мен снова вскинул свою саблю, но выглядело это совсем не угрожающе. Вид у него, да и у всех остальных, был испуганный. Они чувствовали, как их накрыла тень какого-то великого и непредотвратимого события. Запах его витал в воздухе.

На солнечном дворе стоял оливковый автофургон с надписью ТЮРЬМА ЛАС-ВЕГАСА. Ларри и Ральфа втолкнули внутрь. Дверь захлопнулась, двигатель заработал, и они тронулись. Ральф и Ларри сидели на жестких деревянных скамейках.

Ральф тихо произнес:

— Я слышал, весь Вегас соберется там? Думаешь, они распнут нас, Ларри?

— Это или что-нибудь в этом роде. — Он посмотрел на Ральфа. Шляпа его была помята, перо выглядело побитым и истерзанным, но по-прежнему задиристо торчало из-под ленты. — Ты боишься, Ральф?

— Чертовски, — прошептал Ральф. — Я не выношу боли. Я даже к доктору-то ходить боялся. Хотел бы я знать, зачем все это. Пока я только вижу, что он устроит с нашей помощью большой спектакль. Мы для этого здесь оказались?

— Я не знаю.

Ларри тоже был напуган, но внизу, под страхом, было безмятежное ощущение покоя. Все будет, как надо.

— Я не испугаюсь зла, — пробормотал он. Потом он закрыл глаза и подумал о Люси. О своей матери. Отрывочные воспоминания. Он встает в школу рано утром. Он перестал ходить в церковь. Вместе с Руди они нашли порнографический журнал в канаве и просмотрели его от корки до корки — им тогда было по девять лет. Он смотрит чемпионат США по бейсболу вместе с Ивонной Ветерлен.

Он не хотел умирать, он боялся смерти, но он обязан примириться с ней, насколько это возможно. В конце концов, выбор был сделан не им, и он начинал верить в то, что смерть — это всего лишь комната ожидания, артистическая уборная, где ты проводишь время перед выходом на сцену.

Фургон остановился, и дверь распахнулась. Снаружи хлынул яркий солнечный свет, и они изумленно заморгали. Рэт-Мен и Берлсон впрыгнули внутрь. Вместе с солнечным светом в фургон хлынул и звук — низкий, шелестящий шорох, услышав который, Ральф опасливо склонил голову набок. Но Ларри знал, что это за звук.

В 1986 «Тэттерд Ремнантс» играли перед самой большой аудиторией в своей жизни — они предваряли выступление Ван Халена в Чевиз Рэвин. И звук, донесшийся до них перед выходом на сцену, был точно таким же. Так что когда он выходил из фургона, он знал, чего ему ожидать, и лицо его не изменилось, хотя Ральф позади него и охнул от изумления.

Они стояли на лужайке перед гигантским отелем-казино. Перед входом возвышались две золотые пирамиды. Прямо на траве стояли две автоплатформы. На каждой из них было по клетке, сваренной из стальных труб.