– Твой отец глубоко порезал левое плечо, его всего перебинтовали, остальные царапины смазали йодом. Выглядит все это ужасно, но на самом деле он быстро встанет на ноги.

– Я тоже как-то порезался, – сказал Джон, – было больно.

– Да, так бывает всегда, но Джад выпил лекарство.

Они потихоньку вошли в комнату. Джон на цыпочках подошел к кровати и, наверное, с минуту тревожно вглядывался в спящее лицо отца. Уверившись, что его не обманули, он осторожно отошел от него, и они бесшумно вышли из комнаты.

В коридоре Джон сам взял Минерву за руку и признался:

– Я рад, что ты вместе с нами.

– Я тоже, – ответила Минерва, пожимая его руку в ответ.

Стоило им вернуться в детскую, как в дверь позвонили. Звонок нажимали снова и снова, долго и требовательно. Минерва побежала открывать. Ей не хотелось, чтобы спокойствие Джада было нарушено.

– Где он? Я требую, чтобы меня впустили, я хочу убедиться, что с ним все в порядке, – заявила Фелиса возбужденным тоном. Она оттолкнула Минерву и ворвалась внутрь с огромным букетом цветов.

– Он спит, – ответила Минерва. Она была неприятно поражена появлением этой женщины и ее настойчивостью. – Откуда вы узнали о случившемся?

– Да все наши друзья знают, как мы близки друг другу, – высокомерно обронила Фелиса.

Минерву словно током ударило. Боже! Как больно! Значит, в фирме Джада работают люди, которые знают об их дружбе. Даже не поленились сразу же сообщить о случившемся. Но он ее муж, и, пока это так, она не собирается делить его с кем бы то ни было.

– Я скажу ему, что вы заходили, – сказала Минерва, доставая вазу для цветов.

Фелиса не собиралась отдавать ей букет. Она вообще предпочитала не замечать Минерву.

– Я не уйду, пока не увижу его.

– Что все это значит? – раздался сверху голос Джада, заглушая протест жены.

Фелиса бросила цветы на стол и, со всех ног кинувшись к нему, с разбега крепко обняла его.

Джад поморщился от боли, и Минерва почувствовала, что чаша ее терпения переполнилась. Какая наглость! В два прыжка она оказалась возле них и рывком разжала ее руки.

– Отпусти его! Неужели не видишь, ему же больно!

Фелиса бросила на нее раздраженный взгляд, но уступила. Слезы, огромные хрустальные капли, скатились по щекам блондинки.

– Я так за тебя волновалась!

Джад поспешил ее утешить:

– И совершенно напрасно. Я в хороших руках.

– И тебе было бы лучше находиться сейчас в постели, – вставила Минерва.

– Я помогу тебе. – Фелиса осторожно взяла его под локоть.

Минерва отчетливо представила себе картину, как она поправляет на нем одеяло. У нее внутри все закипело.

– Не стоит так усердствовать, я сама справлюсь со своими обязанностями.

Фелиса посмотрела на нее таким взглядом… Было ясно, она вовсе не собирается уступать.

Джад здоровой рукой обнял Минерву за плечи.

– Будет лучше, если обо мне позаботится моя жена, – на последнем слове он сделал ударение.

Фелиса отступила на шаг назад.

– Да, конечно, – разочарованно кивнула она. И, вытирая слезы, добавила: – Просто я слишком переволновалась. Ненавижу, когда с тобой что-нибудь случается.

– Ну, как видишь, со мной все нормально. А если я еще немного посплю и меня при этом никто не станет беспокоить, то буду как огурчик.

Фелиса порывисто приблизилась к нему и поцеловала в щеку.

– Не волнуйся, я уже ухожу.

Минерва не могла не заметить торжествующей улыбки победительницы, когда Фелиса развернулась на своих высоких каблуках и направилась к двери. Ревность, жгучая, невыносимая ревность поднялась в ее душе. Значит, Фелиса Фрондерсворт по-прежнему не оставляет надежды завоевать любовь Джада.

– Ну как, ты поможешь мне снова лечь в постель? – откликнулся Джад.

Минерва тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли.

– В следующий раз тебе лучше оставаться в постели и позволить мне самой разбираться с твоими старыми приятелями.

– Фелиса никогда не будет старой, – ответил он.

«Ну конечно же, она тоже горит желанием быть с тобой рядом всегда и везде», – хмыкнула про себя Минерва. Фелиса красивая женщина. Не всякий мужчина сможет долго сопротивляться ее натиску.

Минерва сидела в кресле-качалке на заднем дворике и наблюдала за детьми; она находилась в тревожном ожидании. С последнего происшествия не прошло и недели, как сегодня, с утра пораньше, позвонила Ингрид и назначила встречу с Джадом. В этот раз она приехала одна, без своего юриста, и даже не сделала попытки зайти пообщаться с детьми. Они сразу прошли с Джадом в библиотеку и закрылись.