– Не знаю, – ответил Джек. – Я до него еще не дошел. – Он глянул на подругу Уоррена: – А вы как, Натали?

– Все так интересно! – ответила та. – Так что куда все, туда и я.

Понадобился почти час, чтобы доехать до места, где нужно было принимать решение. Джек остановил машину на обочине.

– Ну, банда, что делаем? – обратился он ко всем. Хотелось быть уверенным полностью. – Обратно в Бату или в Акалайонг?

– Я, наверное, больше испереживаюсь, если ты уедешь один, – сказала Лори. – Записываюсь в поход.

– Натали? – Джек обернулся. – Не поддавайтесь влиянию других наших психов. Что вы хотите?

– Я поеду, – просто ответила Натали.

– Порядок, – подытожил Джек. Он тронул машину и повернул налево в сторону Акалайонга.

Зигфрид поднялся из-за стола с кофейной кружкой в руке и подошел к окну, выходившему на площадь. Он был озадачен. За все шесть лет работы в Кого никто ни разу не подъезжал к блокпосту и не требовал пропустить. Экваториальная Гвинея не то место, куда туристы забредают из праздного любопытства.

Зигфрид отхлебнул кофе и задумался, нет ли связи между этим ненормальным происшествием и прибытием Тейлора Кэбота, генерального директора «Генсис». И то и то другое произошло неожиданно, и то и другое оказалось особенно некстати: именно тогда, когда случилась крупная неувязка с проектом бонобо. Пока с таким прискорбным положением не будет покончено, Зигфрид не желал, чтобы вокруг шлялись всякие случайные люди, к каковым он относил и генерального директора.

Аурильо просунул голову в дверь и сообщил, что пришел доктор Раймонд Лайонз и хочет переговорить.

Зигфрид возвел очи горе. Он не желал, чтобы и Раймонд Лайонз тоже тут шлялся.

– Проси, – неохотно выговорил он.

Раймонд вошел в кабинет: как всегда, загорелый и цветущий. Зигфрид завидовал аристократическому обличью этого человека, как и тому, что у того обе руки здоровые.

– Кевина Маршалла еще не обнаружили? – требовательно спросил Раймонд.

– Нет, не обнаружили. – Тон Раймонда сразу же вызвал у Зигфрида неприязнь.

– Насколько мне известно, прошло уже сорок восемь часов с тех пор, как его видели в последний раз, – напомнил Раймонд. – Извольте отыскать его!

– Сядьте, доктор! – резко бросил Зигфрид.

Раймонд замешкался. Он не знал, то ли рассердиться на неожиданную выходку управляющего, то ли испугаться.

– Я сказал, сядьте! – повторил Зигфрид.

Раймонд сел. Белый охотник, украшенный жуткими шрамами, с плетью повисшей рукой, умел производить впечатление, особенно в окружении свидетельств своих многочисленных охотничьих удач.

– Давайте уточним один пункт, касающийся того, кто кому подчиняется, – начал Зигфрид. – Я ваших приказов не исполняю. На деле, когда вы находитесь здесь в качестве гостя, то исполняете мои распоряжения. Это понятно?

Раймонд уж было рот открыл, чтобы возразить, но вовремя прикусил язык. Он понимал, что формально Зигфрид прав.

– И коль скоро мы ведем такой откровенный разговор, – продолжал Зигфрид, – где мои премиальные за отлов? В прошлом я всегда получал их, когда пациент покидал Зону, возвращаясь в Штаты.

– Это правда, – натянуто согласился Раймонд. – Однако понадобились дополнительные расходы. Деньги скоро поступят от новых клиентов. Как только поступят – вам сразу выплатят.

– Не хотелось бы, чтобы у вас сложилось впечатление, будто меня можно по кривой на козе обскакать, – предупредил Зигфрид.

– Боже упаси! – выпалил Раймонд.

– И еще одно, – уже мягче выговорил Зигфрид. – Не могли бы вы как-нибудь ускорить отъезд гендиректора?

– Не вижу, каким образом, – ответил Раймонд. – Он осведомлен, что пациент здоров и перенесет путешествие. Что еще я могу сказать?

– Придумайте что-нибудь, – посоветовал Зигфрид.

– Постараюсь, – пообещал Раймонд. – А вы тем временем найдите, пожалуйста, Кевина Маршалла. Его исчезновение меня беспокоит. Боюсь, он способен совершить нечто безрассудное.

– Мы полагаем, что он отправился в Габон, в Кокобич, – сообщил Зигфрид. Ему было отрадно слышать в тоне Раймонда подобающие подобострастные нотки.

– Вы уверены, что он не на остров отправился?

– Полной уверенности быть не может, – признал Зигфрид. – Но мы так не думаем. Даже если бы и поехал, то ему незачем было там оставаться. Он бы уже вернулся. Прошло сорок восемь часов.

Раймонд встал и вздохнул:

– Жаль, что он еще не объявился. Я от тревоги о нем на стену лезу, особенно когда здесь Тейлор Кэбот. Это ведь еще одно, особенное, звено в длинной веренице трудностей, обрушившихся на нас в Нью-Йорке, они грозят всей программе и делают мою жизнь невыносимой.