После жарких любовных объятий Джесси и Дороти долго говорили о прошлой жизни на Каталане. Обоим страстно хотелось когда-нибудь вернуться домой. Джесси задумчиво играл треугольным камнем на кольце, которое он подарил ей когда-то. Джесси хорошо помнил тот день — это произошло на заброшенном дальнем рифе, куда они причалили свою лодку. Сколько трогательных и романтических слов было сказано тогда, какие нежные мечты ими тогда обуревали. Но теперь Джесси не мог до конца отделаться от настороженности, какую породили в нем подозрения генерала Туэка. Он обнял теплую желанную наложницу и прижал ее к себе, прислушиваясь к ее дыханию. Она лежала молча, не двигаясь, но он понимал, что она лишь притворяется спящей, чтобы не тревожить его. Но насколько далеко простирается это притворство?

Об этом Джесси не хотел думать.

Оранжево-красный рассвет четко высветил контуры крыш Картага, когда Улла Бауэрс решительным шагом подошел к сводчатой двери штаб-квартиры правителя Дюнного Мира.

Одетый в парадную имперскую форму, при всех регалиях, советник прошествовал мимо пьедесталов, с которых совсем недавно были бесцеремонно убраны предки Вальдемара Хосканнера.

Джесси приветствовал высокого гостя в вестибюле, но Бауэрс не спешил ответить на вежливую улыбку. Вместо этого он свирепо нахмурился.

— Сегодня я хочу лично понаблюдать за работой ваших команд, — начал он без обиняков. — В Картаге ваших рабочих не видно уже несколько недель, а большинство бараков пусты. Каждый раз, когда я интересуюсь причиной, вы отвечаете какими-то невероятными отговорками. Гм, теперь, быть может, вы все же скажете мне правду?

— Рабочие находятся в пустыне и заняты сбором пряности, советник. Согласно недвусмысленному пожеланию Великого Императора Вуды. — В голосе Джесси звучало удивление, а в глазах застыло выражение прямо-таки детской невинности.

— Ах вот как! Но я все же увижу их, и увижу сегодня! Я так хочу.

Притворно опечалившись, Джесси потупил взор.

— Боюсь, что это невозможно. Мы тяжко пострадали от больших потерь людей и техники, и поэтому у нас каждая минута на счету. Все мои люди заняты либо разведкой пряности, либо ее добычей. Они работают, как дьяволы. Вы же знаете, что за последний месяц наш экспорт меланжи вырос на двенадцать процентов. Так почему вас все это так заинтересовало?

Бауэрс вышел из себя. Уперев руки в бока, он, брызжа слюной, выпалил:

— Все это превосходно и великолепно, но где именно работают ваши люди? Где точно находятся эти места?

В ответ Джесси лишь небрежно повел плечами.

— Где-то в дюнах. Я не слежу за их перемещениями. Мой заместитель по пряности — Гурни Халлек, и я полагаюсь на него в выборе мест добычи и в отыскании самых богатых жил меланжи.

— Перестаньте водить меня за нос! Я имперский инспектор, так дайте мне возможность что-то инспектировать! Я получил донесения о волнениях и мятежах на планетах Империи; мятежники и аристократы-правители требуют свою долю пряности. Мне докладывают, что экипажи межзвездных кораблей подают Императору петиции о внеочередной продаже пряности.

Джесси вскинул брови.

— Это звучит неким преувеличением, советник. Наш экспорт пока не достиг пика экспорта Хосканнера, но мы поставляем достаточно меланжи, чтобы удовлетворить первоочередные потребности. Возможно, все это говорит о наркотической зависимости от этого предмета роскоши?

— Меланжа — необходимый продукт, а не роскошь.

— Это похоже на хосканнеровскую пропаганду. Я обвиняю Вольдемара Хосканнера в распространении ложных слухов. Он просто сеет панику.

— Гм, уверяю вас, сообщения о мятежах не являются преувеличением. Тысячи людей уже убиты. А теперь скажите мне, где находятся прииски меланжи!

Получая неподдельное удовольствие от неловкости и бессилия, какие испытывал его гость, Джесси развел руками.

— Я полагаю, что вы сами можете выехать в пустыню и поискать моих людей, если считаете это своей имперской обязанностью. Но Дюнный Мир — большая планета, а в пустыне порой случаются непредвиденные и страшные вещи. Поверьте мне: мы с сыном сами едва не погибли там. Погода может резко измениться в любой, самый неожиданный момент. — Он похрустел пальцами. — Если вы вопреки данному мной совету отправитесь в пустыню, то я не смогу гарантировать вашей безопасности.

Бауэрс застыл в холодном молчании, прочитав нескрываемую угрозу во взгляде Джесси Линкама.

— Вы хотите сказать, что игра идет без всяких правил? Вы осмеливаетесь угрожать мне, пользуясь словами Императора?

— Как вы совершенно справедливо заметили, вы — непревзойденный специалист по договорам, а в особенности по тому, что читают в сносках и между строк. Но я всего лишь неопытный аристократ, столкнувшийся с тяжелым вызовом. — Он выдержал эффектную паузу. — С вызовом, который я принял со всей серьезностью.