–  Уже нет.

У Гарри пульс заколотился чаще. Он посмотрел на Розенблюма, а тот подавал ему знаки не гнать волну.

–   Мне очень жаль, - продолжал Мэлони.
– Я знаю, что это может создать неудобства, но всех, кто не из США, вам придется заменить.

–  Мы не можем… - начал Гарри.

–  Это не от меня зависит, доктор Кармайкл.
– Он развел руками.
– Я только следую правилам.

Шенкен достал переплетенный том и протянул Розенблюму.

–  Мы бы просили вас это прочесть, - сказал он.
– Каждый участник проекта «Геркулес» получит такую книгу. Здесь правила работы с секретными сведениями. Описаны обязанности руководства и служащих и наказания за несоблюдение правил.

–  У нас же есть служба безопасности!
– возмутился Гарри. Мэлони с интересом рассматривал столешницу.

–  Она недостаточно подготовлена. Он повернулся к Розенблюму.
– С этой минуты всей работой службы безопасности будет руководить Дэйв.

–  Понимаю, - ответил Розенблюм.

–  Хорошо.
– Взгляд Мэлони обратился на Гарри.
– Доктор, постарайтесь понять. Изменился сам характер работы. Речь не идет о выписывании талонов на парковку или о выводе пьяного из гостевого центра. В вашем распоряжении жизненно важная информация, которую необходимо охранять от целенаправленных действий иностранных разведок. Что вы будете думать - это ваше дело, но попытайтесь понять, что это не игрушки.

Он кивнул Шенкену, который явно принял команду.

–  Ситуация меняется быстро, - продолжал Мэлони, - и при настоящем положении вещей в Годдарде имеются серьезные провалы системы безопасности. Я не был бы честен до конца, если бы не сообщил вам заранее, что собираюсь рекомендовать прекращение работ и их перенос.

–  Перенос? наконец среагировал Розенблюм.
– Куда?

–  Вероятно, в Форт-Мид. А тем временем мы постараемся здесь прикрыть все дыры.

–  Они могут такое сделать?
– спросил Гарри у Розенблюма.

–  Это необходимо сделать, - ответил директор и обратился к Шенкену: - Дайте мне знать, что вам понадобится.

Мэлони кивнул и глянул на Гарри.

–  В общем, мы друг друга поняли, Кармайкл: мне все это нравится не больше, чем вам. Я понимаю ваши проблемы и постараюсь не создавать трудности сверх самых необходимых. Но доступ к проекту мы будем контролировать, а от вас я ожидаю полной готовности к сотрудничеству.

В этот вечер Гарри и Пит Уиллер ужинали на вилле Римфорда в секции для почетных гостей за геохимической лабораторией. Пока жарились бифштексы и пеклась картошка, они пили холодное пиво и обсуждали катастрофу со службой безопасности. Римфорд не разделял негодования своих собеседников.

–  Это неизбежно, - заметил он.
– Кто знает, что там есть? Вы действительно хотите дождаться, что какой-нибудь сумасшедший диктатор научится делать водородную бомбу?

Гарри уже позвонил всем не-гражданам США, чтобы сказать об отказе от их услуг с этой секунды. Некоторые из них были служащими НАСА, и их переводили на другую работу. Трое были консультантами, которым просто заплатили и отпустили на все четыре стороны.

–  Ты не волнуйся, - успокоил его Уиллер.
– Они это поймут.

К тому времени, когда мясо было готово, разговор снова вернулся к занимавшей всех теме.

–  В общем, дела идут неплохо, - ответил Римфорд на вопрос о том, как движется перевод.
– Числа мы уже можем прочитать, и некоторым байтам, складывающимся в картину, мы пока что дали рабочие обозначения.

Некоторые из этих символов - управляющие. То есть мы почти уверены, что они выполняют работу модификаторов или союзов в грамматике. Другие что-то обозначают, и мы начинаем кое-какие из них понимать. Например, мы выделили термины, означающие «магнетизм», «система», «гравитация», «окончание» и еще некоторые. Остальные термины должны переводиться, потому что помещены в знакомые уравнения или формулы. Но не переводятся.

–  Понятия, для которых у нас нет эквивалентов?
– предположил Гарри.

–  Может быть, - усмехнулся Уиллер. Темнело; еду вынесли на веранду и сели при настольной лампе.
– Насколько они нас опередили, если могут делать такое, как мы видели? И найдется ли у нас что-нибудь общее?

–  Мы уже знаем, - заметил Гарри, - что математика, геометрия у нас общая.

–  Конечно, - нетерпеливо отмахнулся Уиллер.
– Как может быть иначе? Нет, я думаю об их философии, об этических стандартах. Меня заинтересовал ващ рассказ о страхах Харли насчет содержания передачи.
– Уиллер посмотрел на Римфорда.
– Может, вы правы насчет этих ребят из безопасности.
– Налив себе пива, он решительно осушил кружку.
– Но я боюсь, он не о том беспокоится. Не так я боюсь технологии, которую мы можем обнаружить, как яда иного рода.

–  Культурные ценности…

–  Вот именно. И допущения, которое мы можем сделать: что раз они настолько нас старше, то у них есть монополия на истину.

Римфорд поглядел в стекло на угасающий свет.

–  Знаете, - сказал он, - до сигнала с Геркулеса я считал, что мы одиноки. Меня убеждал парадокс Ферми. Будь в галактике жизнь, она не могла бы не наполнить небо сигналами. Если бы другие цивилизации существовали, то было бы свидетельство их существования.

Уиллер подцепил вилкой последний кусок бифштекса, рассмотрел его в свете лампы и доел.